Стас + Олеся = нелюбовь

Высокий, стройный. На лице виновато-блуждающая улыбка. Но глаз не отводит и говорит,
не запинаясь:
– Ко мне в классе тянулись. Это потому, что я добрый. Помогал многим. Кому-то с задачками, кому-то просто советом. Вот и Олеся захотела со мной дружить. Мы учились тогда в седьмом классе…

А ещё через два года истерзанное и бездыханное тело девятиклассницы Олеси обнаружат в её собственной квартире. В тот же вечер найдут и Олесиного убийцу. Им окажется тот самый «добрый» мальчик из хорошей и благополучной семьи. Первая и, увы, последняя любовь Олеси. Через несколько дней она должна была родить. Выходит, что Стас совершил двойное убийство.

А был ли хорошим мальчик?!

Уже в Мариинской воспитательной колонии Стас встретит своё 18-летие. Он был осуждён по п. «г» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса. А именно за убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности. Приговорили Стаса к шести годам и семи месяцам лишения свободы. Хотя санкция этой статьи предусматривает лишение свободы на срок от 8 до 20 лет, либо даже пожизненное лишение свободы. Но поскольку убийца был несовершеннолетним, то и получил более мягкое наказание.
Конечно, ещё до поездки в воспитательную колонию и до встречи со Стасом я была знакома с его делом. Его озвучили на очередном заседании областной комиссии по помилованию. Стас написал ходатайство на имя президента России с просьбой простить его, помиловать или сократить срок наказания. По приговору оно заканчивается 20 августа 2020 года.
Ни один из членов комиссии не поднял руку за помилование, хотя Стас и в колонии успел получить благодарности за добросовестное отношение к труду и учёбе. А за примерное поведение даже переведён в облегчённые условия содержания. Не в обиду будет сказано, но далеко не все студенческие общежития так отремонтированы и обустроены, как общежития в Мариинской воспитательной колонии. Если бы не колючая «гусеница» над сплошной оградой, то территорию колонии можно было бы принять за оздоровительный лагерь. Со спортивными площадками, со светлыми корпусами общежитий. А в этих корпусах – никаких двухъярусных кроватей. В комнате, где находится Стас, всего три кровати.
Это раньше колония напоминала муравейник. Заместитель начальника колонии, подполковник внутренней службы Людмила Цепенкова (а она здесь служит 24 года) рассказывает, что застала время, когда у них содержалось до 700 осуждённых. Сейчас 84 человека. Несовершеннолетних теперь «закрывают» лишь за тяжкие преступления или за несколько эпизодов правонарушений, которые к тяжким не относятся. Преступление, совершённое Стасом, – особо тяжкое.

Воробушка жалко

Сегодня на улице жарко. Все парни-колонисты в летней спецформе – рубашках тёмно-зелёного цвета и удлинённых шортах такого же цвета. Всё для удобства и летнего комфорта осуждённых. А у каждого из них что ни статья, то своя история. В основном, трагическая. Поэтому у меня даже в жару озноб по телу. Но Стас не особо взволнован при воспоминании о том дне – 29 января 2014 года. Всё рассказывает подробно:
– В школе уже стало известно, что Олеся беременна. До этого же никто ничего не замечал. Разве что отпускали реплики насчёт того, что Олеся поправилась. И родители узнали о беременности дочки только после медицинского осмотра девочек в школе. Надо было что-то решать. Поговорить с Олесей в школе не удалось, а потому я решил прийти к ней домой. И вообще, мне не понравилось, что одноклассницы, узнав о беременности Олеси, стали шептаться, будто я её изнасиловал. Но это не так. Всё у нас было по обоюдному согласию. Только про ребёнка я, конечно, не думал. Да и вообще я тогда задумался, а мой ли это ребёнок. Хотя Олеся дружила только со мной. Но кому-то она называла другое имя…
Я прерываю монолог Стаса и говорю ему, что после рождения ребёнка можно было провести анализ ДНК.
– Да, конечно. Сейчас-то я это понимаю. Но тогда всё произошло спонтанно… Я вообще против физического насилия. Всегда можно договориться. Драться, обижать слабых – это не в моих правилах. Мне всех было жалко. Как-то под колёса нашей машины попал воробушек. Его мне тоже было жалко.
– А Олесю? Убивать Олесю было не жалко?! – вновь прерываю я Стаса.
– Конечно, мне её жаль. Она мне снится время от времени. Когда я выйду на волю, то обязательно приду с цветами на её могилу. Олеся любила цветы. Я говорил ей: «Назови любое число». Она произносила: «Пять!» И я приносил ей пять роз. У меня были карманные деньги. Ведь я в выходные и на каникулах помогал отцу…
Но в тот чёрный январский день Стас пришёл к Олесе без цветов. За два часа одноклассники Олеся и Стас так ни о чём и не договорились. Стали прощаться до завтра. Олеся первой пошла к входной двери. И в этот самый миг Стас стиснул свои руки на шее несчастной и стал душить. Она ещё пыталась сопротивляться, царапаться, но вскоре потеряла сознание.
Нет, Стас не одумался, не вызвал «скорую», не помог Олесе, которая так рано – в возрасте Джульетты – стала женщиной. И могла бы стать мамой…
Стас продолжал восстанавливать те жуткие события:
– Я отнёс Олесю на диван… Нет, нет, на этом диване у нас с ней никогда не было близости… И нож я принёс не с собой, а взял его на кухне…
Так вот, этим ножом «хороший» мальчик, жалевший воробушка, нанёс Олесе 15 ударов. Бил в разные части тела.
– А ещё я перерезал ей вены на руке. Потом резанул по горлу…
Потом он издевался уже над бездыханным телом. Хотел всё сделать так, будто сама Олеся, не выдержав позора, свела счёты с жизнью. И, зная, что она уже мертва, послал Олесе «эсэмэску»: «Я не смогу прийти к тебе сегодня». В общем, обдумывая, заметал кровавые следы. И нож он бросил только у подъезда своего дома. Дома вся его дружная семья была в сборе: папа, мама, сестрёнка. Мама позвала ужинать, но аппетита, как сказал мне Стас, в тот вечер у него не было. Вскоре раздался звонок. Стас понял: это за ним пришли.

Жестокая
мягкосердечность

– Наверняка твои родители поменяют квартиру, – рассуждаю я вслух. – Ведь им стыдно за такого сына. Да и тебе будет стыдно перед соседями, считавшими тебя таким славным, вежливым, воспитанным.
Стас, перебирая пальцы своих рук, говорит:
– Родители Олеси уже поменяли адрес… А нам-то зачем? Не думаю, что отношение соседей ко мне изменится. Им-то я ничего плохого не сделал.
Да, суд учитывал положительные характеристики на Стаса при вынесении ему приговора. Мальчик пел в школьном хоре, играл в футбол, участвовал в КВН, в смотре строя и песни. И оценками родителей радовал.
А вот строки из характеристики уже колониста Стаса: «По характеру мягкосердечный, сдержанный, легко расстраивается по незначительному поводу. В общении с представителями администрации вежливый, корректный и тактичный…».
В беседе со мной психолог колонии заметит, что у Стаса завышенная самооценка. Когда тайное (беременность Олеси) стало явным, Стас испугался, что над ним будут посмеиваться. И что из числа хороших мальчиков его поставят в один ряд с «трудными». Вот и совершил то, что совершил… Состояния аффекта у него не признали. К примеру, он снял с Олеси всю одежду, чтобы «самоубийство» было более очевидным.
– Вашу пару называли в школе Ромео и Джульеттой? – ещё вопрос Стасу.
– Нет, не называли. Хотя о нашей дружбе знали.
– Ты любил Олесю?
– У меня были чувства…
Да не было у него никаких чувств! Ему нравилось, что он понравился симпатичной девочке, тоже из хорошей семьи. Я так и не поверила, что он жалеет Олесю. Жалеет, скорее, себя.
– Обидно, что лучшие годы юности я проведу не на свободе. Потому и написал ходатайство о помиловании. Ведь у меня столько планов…
В воспитательной колонии Стас оставлен до достижения 19-летнего возраста. Это тоже своего рода поощрение за хорошее поведение и активное участие в культурно-массовых и спортивных мероприятиях. Стас отвечает за телевизионные выпуски в пределах своей колонии. Как мне сказали, к поручению он относится творчески.
…К старшему инспектору группы социальной защиты Евгении Борисевич зашёл начальник отряда, где находится Стас. Говорит:
– Парень заслужил ещё одной благодарности. Не забудьте отметить, пожалуйста.
Благодарности зачтутся, когда Стас будет подавать ходатайство об условно-досрочном освобождении. Его формальный срок наступит в июне 2018 года. Родители Стаса тоже считают дни. Приезжают к сыну на свидания, звонят. А безутешные родители Олеси считают чёрные годовщины. К ним-то дочка уже не вернется…
Галина БАБАНАКОВА.
Мариинск–Кемерово.
P.S. Имена участников этой печальной истории изменены.