Жизнь как подвиг

Великую Отечественную войну анжеро-судженец Модест Маркович Марков помнил всю жизнь. Кое-что о ней изредка рассказывал родным и близким. И в назидание потомкам записал воспоминания о том, как, находясь в плену, находил силы бороться с фашистами. Эти воспоминания бережно хранят его родные. Дочь, Ирина Модестовна Харченко, поделилась с газетой «Кузбасс» воспоминаниями отца и об отце.

Родился Модест Марков 26 июня 1920 года в деревне Дудинской Хвойнинского района Новгородской области. Его отец – Марк Никифорович Киселёв, мать – Екатерина Платоновна Платонова. В семье было шесть детей. Когда стали записывать в школу, оказалось, что в классе были дети из деревни Дудинской – и все с фамилией Киселёвы. Учитель решил записать фамилии детей по имени отцов. Так и получилось, что Модест стал Марковым.
1 сентября 1938 года он поступил в Ленинградское автотанковое училище. На втором курсе 1 марта 1940 года его отправили на финский фронт. После окончания войны с белофиннами его перевели в Киевское танкотехническое училище им. Тимошенко (бывшее Московское), которое он окончил 7 октября 1940 года. После направлен в 7-ю танковую дивизию на должность техника взвода тяжёлых машин. В Великую Отечественную войну с 25 мая по 1 июля 1941 года участвовал в боях между городами Белосток – Гродно на границе Восточной Пруссии. А 1 июля 1941 года в числе небольшой группы партизан попал в плен…
Потом в жизни Модеста Маркова было несколько пересыльных лагерей и лагерей для военнопленных, где, несмотря на все ужасы, издевательства фашистов и тяжёлый труд, он находил силы бороться с врагом, поддерживая товарищей морально, объединяя их на борьбу с фашистами.

Фото из Анжеро-Судженского краеведческого музея и семейного архива.

Памятная встреча

В лагере смерти Флоссенбург Модест Марков встретился с легендарным генерал-лейтенантом инженерных войск Дмитрием Михайловичем Карбышевым. Напомним, в 1941 году раненый Д. М. Карбышев попал в руки к фашистам. Те пытались его склонить на свою сторону, но бесполезно. В концлагере Маутхаузен он погиб 18 февраля 1945 г. после зверских пыток. Ему было присвоено звание Героя Советского Союза.
К слову, когда уже после войны Модест Маркович жил и работал в Анжеро-Судженске, он не раз рассказывал об этом знакомстве.
«Он не любил вспоминать о войне. Но иногда его окружали близкие и знакомые люди и просили рассказать о войне. Так вот, о Карбышеве Д. М. он говорил, что это был железный генерал. Он собирал вокруг себя наших офицеров, оказавшихся в плену, и настраивал их не сдаваться ни в коем случае, не служить немецкому руководству», – вспоминает свояк фронтовика Сергей Будько. Его сестра была замужем за сыном Модеста Маркова, Олегом.
«Живём в одном бараке с генерал-лейтенантом Карбышевым Д. М. Спим на одних нарах с ним. Нары двухъярусные, он внизу. Карбышев Д. М. – пример человеческой стойкости и выносливости. Мы у него учились, как надо себя вести в самых трудных условиях жизни», – вспоминал сам Модест Марков. Эта поддержка очень помогала нашим людям.
Рассказы и воспоминания об этих днях биографии хранятся и в Анжеро-Судженском краеведческом музее.
…В лагере смерти Флоссенбург как-то раз несколько тысяч узников заставили стоять на площади 10 часов, люди не выдерживали и падали. Тех, кто не упал, заставляли копать землю на берегу Дуная. Модест Маркович вместе с товарищами организовал забастовку. За это его на 10 суток посадили в карцер. А потом и вовсе отправили на каторгу. А там непосильная работа и скудная баланда… Сил совсем не было. Но несмотря на издевательства и нечеловеческие условия труда – а там пленные долбили камень на руднике, – Марков с единомышленниками опять устроил забастовку. Его с другими заключёнными перевели в другой лагерь – Амберг. А там за агитацию против фашистов, участие в забастовках его отправили на пожизненное заключение в концлагерь Бухенвальд.
В Бухенвальде Модест Марков был членом подпольной организации, старшим в группе, которая готовила восстание: они изучали систему охраны лагеря, готовили бутылки с самовоспламеняющейся жидкостью, собирали втайне ломы и лопаты. Изучали расположение казарм, места хранения боеприпасов.
Некоторые заключённые работали на военных заводах. И буквально по винтику они проносили в казармы оружие. Как писала в 1965 году газета «Кузбасс», к началу восстания у людей были спрятаны в тайниках винтовки, пистолеты.
Утром 11 апреля 1945 года заключённые начали штурмовать сторожевые вышки и склады оружия. А вот как этот день вспоминал сам Модест Маркович:
«…Комитет подпольной организации решил не подчиняться эсэсовцам и из лагеря не выходить. Подряд несколько дней ничего не могли сделать эсэсовцы, чтобы вывести заключённых из лагеря. Вот они окружают барак, выгоняют всех, строят, ведут за ворота, люди, как горох, по команде разбегаются по лагерю, кто куда!
В санчасть начали поступать раненые, затравленные собаками люди.
Назревала обстановка для последнего штурма.
11 апреля 1945 года утром комитетом было отдано распоряжение идти на штурм колючей проволоки в определённых направлениях. Нашей группе выпало направление на собачьи бараки. Это недалеко от санчасти, рядом со сторожевой будкой. Часовой, увидев такую огромную массу людей, бегущих с топорами, ломами и стреляющими на ходу, даже не пытался стрелять, бросил пулемёт, спустился с вышки и скрылся в лесу.
Более чем в десяти местах колючей стены были за какие-нибудь пять минут проделаны большие проходы, и вот мы на свободе!
Сразу были захвачены склады с оружием и боеприпасами. В этом недостатка не было. Вылавливали тех, кто недавно охранял нас, и сажали в карцер, где у входа их же лозунг из железных букв гласил: «Каждому своё».

Головной убор узника Бухенвальда М. Маркова.

Второй день рождения

«Каждый год 11 апреля я праздную свой второй день рождения, день, когда была разорвана колючая проволока вокруг Бухенвальда и мы снова обрели свободу. В этот день я осматриваю себя, как бы удостоверяюсь, что я жив и работаю, вспоминаю хороших друзей и товарищей, спасших мне жизнь, и тех, которые остались там, не увидев Победы, – написал после войны Модест Маркович… – Мы остались живыми, но около 15 миллионов невинных людей уничтожили гитлеровцы в концлагерях и тюрьмах. Мы помним и никогда не забудем это. Наш долг живых – передать всё, что мы прочувствовали и перенесли, поколению, идущему нам на смену».
От Бухенвальда у Модеста Марковича остался на память головной убор. Он хранил его всю жизнь, а теперь он находится в Анжеро-Судженском краеведческом музее. Его передал Сергей Будько.
«Этот головной убор у нас находится в постоянной коллекции в музее, и мы рассказываем посетителям о том, кому он принадлежал и как к нам попал, – говорит директор Анжеро-Судженского краеведческого музея Елена Панарина.– О героях войны, в том числе о Модесте Маркове, краеведы постоянно рассказывают и на наших передвижных выставках, которые организуют в городе».
В январе 2023 года сотрудники музея в архиве международного центра документации о преследованиях национал-социалистическим режимом «Арользен» нашли персональные карточки Модеста Маркова из концлагерей: Флоссенбурга и Бухенвальда. Их копии также хранятся в фондах. В городском архиве есть документы о местах работы Модеста Маркова. К примеру, в одном из них мы читаем, что он работал в управлении ЖКХ комбината «Кузбассуголь».

Мирное время

В семейном архиве есть данные, что уже после войны Модеста Маркова перевели в проверочно-фильтрационный лагерь НКВД СССР на территории города Анжеро-Судженска. Устроили на шахту 9-15 «Анжерская» учётчиком, выдали пропуск № 40 с маршрутом движения: зона – шахта № 9-15. Потом он работал и на других шахтах, и ещё много где трудился.
В Кузбассе встретил свою судьбу – Лидию АлексеевнуРубцову. Они поженились в 1948 году. Его дочь, Ирина Модестовна, вспоминает, что папа любил читать. У него была большая биб­лиотека. Он всегда выписывал много газет и журналов.
«Техническая специальность всегда преобладала над увлечениями отца. У него была своя мастерская для ремонта и обслуживания мотоцикла и автомобиля. Он с лёгкостью клеил шины, чинил велосипеды и другую технику. Занимался огородничеством.
Отдельное его увлечение – это фотография! Для этого была целая лаборатория с оборудованием и реактивами», – вспоминает Ирина Модестовна.
Модест Маркович занимался и общественной работой на пенсии. Соседи выбрали его председателем уличного комитета. Они относились к нему с большим уважением и доверием. 11 июня 1997 года Модест Маркович ушёл из жизни, но оставил нам на память пример невероятной силы воли и мужества, которые позволяли ему бороться с врагами даже в очень тяжёлых условиях.