Равнодушие с летальным исходом

Жители поселка Мундыбаш оказались практически без медицинского тыла…

…Градообразующим предприятием Мундыбаша является обогатительная фабрика по переработке железной руды (филиал ОАО «Евразруда»), которую добывают на Таштагольском руднике. В поселке возводится новая больница, и это означает, что в списке вымирающих территорий он не числится. Однако люди здесь оказались без медицинского тыла, практически обреченными умирать раньше времени. И прецедент такой, увы, есть.

…Михаил Евстропович и Лидия Макаровна Килины слыли в Мундыбаше образцовыми родителями, вырастили двух замечательных дочерей. Лидия Макаровна была человеком активной гражданской позиции, занималась общественным контролем, руководила родительским комитетом в школе, работала народным заседателем в суде, избиралась депутатом поссовета.

Старшие Килины были не только дружной, но и спортивной парой: купались в реке до самой осени, обливались холодной водой, ежедневно прогуливались. И завистники, и доброжелатели говорили:

– Эти люди проживут до ста лет…

На будущий год супруги должны были отпраздновать золотой юбилей совместной жизни – увы, уже не случится. Михаил Евстропович похоронил свою веселую хлопотушку-хозяюшку. Вот как это произошло.

26 июля супруги готовились к зиме — вручную лопатами загружали уголь в углярку. На другой день Лидии Макаровне стало плохо, боль началась с бедра, копчика, вскоре стало «бить» в обе руки. Спину будто болью загипсовало.

В семь часов утра 28 июля по вызову к Килиным приехала «скорая».

– Ерунда, хондроз, время лечит, – налету определил фельдшер и стремительно уехал, посоветовав обезболивать грелкой и таблетками. Последующие два дня принесли больной только ухудшение, женщину сковало по рукам и ногам. Онемел язык. Во рту нещадно сохло, больная постоянно просила пить.

31 июля Михаил Евстропович снова вызвал «скорую».

Тот же фельдшер сделал Лидии Макаровне два укола, в результате чего боль ненадолго отступила. На другой день, 1 августа, к Лидии Макаровне в третий раз вызвали «скорую помощь»: каждая клеточка ее тела стонала от раздирающей боли.

Уже другой фельдшер послушала больную, сказала, что главный врач вышел из отпуска и сейчас дежурит в стационаре. Михаил Евстропович взмолился: «Везите жену в больницу. Если у нее хондроз, то ведь там главный врач – невролог…» Но фельдшер была непреклонна:

– Завтра утром придете к нему на прием. Никаких лекарств не принимайте.

Супруги едва дожили до утра, это было уже 2 августа, и муж снова набрал «03». В четвертый раз. На станции скорой помощи его предупредили, мол, ищи, кто будет грузить твою жену, иначе не приедем.

Сосед Николай Алексеевич Еремкин вспоминает, как они доставляли к доктору несчастную Лидию Макаровну:

– Неужели нельзя было носилки предусмотреть?! Мы с Михаилом буквально тащили-волочили Лидию. Она же совсем пошевелиться не могла. Кое-как подняли ее на второй этаж в кабинет к главному врачу Станкову.

Прежде всегда очень терпеливая женщина, едва ворочая языком, просила, чтобы ей сняли боль. Но невролог предложил ей рассказать (мужу рот закрыл), что у нее болит. Женщина в ответ беззвучно плакала.

Лидию Макаровну оставили в стационаре. За сутки больной поставили только два укола. Никаких анализов ей сделано не было (всем больным в тот день делали, в том числе и ЭКГ, — ей нет). Больная молила об обезболивании. Ей дважды (вечером 2 августа и утром 3 августа) пыталась помочь медицинская сестра Людмила Тарских, она обращалась к врачам, но от нее отмахнулись, мол, у больной обычный хондроз, и нечего паниковать. Вечером 2 августа терапевту Зеленцовой позвонил специалист мундыбашского филиала «Шерегеш Энерго» Сергей Федорович Кочкарев, тоже пытаясь расшевелить врачей, терапевт ответила ему: «Что вы привязались! У Килиной обычный хондроз».

В последний в своей жизни вечер Лидия Макаровна в присутствии своей сестры и племянницы попросила медсестру поставить ей обезболивающий укол. Та недовольно отмахнулась: «Вам же утром ставили…». Ночью в палату никто из медперсонала к умирающей Килиной не подходил, за ней ухаживали соседки по палате, подавали воду.

В соседнем поселке Каз я нашла женщину, которая лежала в одной палате с Килиной, это Валентина Алексеевна Тертых. Она подтвердила, что за сутки Лидии Макаровне поставили только два обезболивающих укола:

– Очень тяжелая была Лидия Макаровна, билась, бедная, от боли. А утром ее муж потребовал, чтобы у нее взяли анализы. Так ей попытались через катетер взять мочу – только сукровица вышла. И при мне ее увезли…

Утром 3 августа муж Лидии Макаровны не просто потребовал, он взвыл на всю больницу, видя, как жене худо, понимая, что ей ничем не помогли. У нее уже и живот посинел…

Тогда все забегали, прибежал и главный врач. Лидии Макаровне поставили капельницу, измерили упавшее давление. И поскольку родные больной созвонились с заведующим хирургическим отделением районной больницы Таштагола Андреем Петровичем Тунековым, больную туда и транспортировали. Вместе со своей пациенткой поехал и главный врач, на совещание.

Когда ее привезли, хирург Тунеков сразу увидел: поздно. Через два часа Лидия Макаровна умерла. Перед смертью она уже не пыталась объяснить, как же ей БОЛЬНО! Только смотрела внимательно…

…Дичайший случай! В наше время 72-летней женщине позволили погибнуть, не обследуя, не снимая болевого синдрома! Она много дней корчилась в муках, словно кто-то специально придумал для нее такую казнь.

Ее супруг недоумевает:

– Если таштагольский хирург сразу понял, что ему привезли человека в предсмертной агонии, то наш главный врач, получается, не видел, кого отправлял в Таштагол?! И мы трясли, мучили ее в дороге перед самой кончиной…

И впрямь удивительно. Простая женщина Валентина Алексеевна Тертых видела, что состояние больной «очень тяжелое», а терапевт Зеленцова официально пояснила следователю следственного отдела по г. Таштаголу, что больная находилась в состоянии «средней тяжести». И при этом в муках умерла на другой день!

Кстати, в возбуждении уголовного дела по статье 293 УК РФ «Халатность» (неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей, повлекшее по неосторожности смерть человека) было отказано.

В справке о смерти Л.М. Килиной записано: «Причина смерти а) острая сердечная недостаточность; б) инфаркт S – Y1 правого легкого, острый ишемический энтерит; в) диффузный кардиосклероз».

…Мне не удалось встретиться ни с главным врачом И.А. Станковым, ни с терапевтом Т.И. Зеленцовой: он заболел, она была в отпуске. Впрочем, встреча с ними не принесла бы ничего нового, ведь материалы следствия вместе с их показаниями я прочла. Следователь в действиях врачей признаков халатности не усмотрел. Но это не окончательное решение: родственники умершей Лидии Макаровны Килиной могут обращаться в прокуратуру, в Следственный комитет РФ, в суд…

А жители Мундыбаша надеются, что эта конкретная ситуация дождется служебного расследования департамента здравоохранения.

Наталья КОЛМАКОВА.

г. Междуреченск – пгт. Мундыбаш.

P.S. Как сообщил начальник департамента охраны здоровья населения Кемеровской области Валерий Цой, в настоящее время, согласно требованию следственного отдела по г.Таштаголу, проводится комиссионное расследование качества оказания медицинской помощи Килиной Л.М. В состав комиссии входят главные областные специалисты и представители департамента охраны здоровья населения. Результаты рассмотрения будут направлены в следственный отдел.