Когда разрушены идеалы, или Найти свое «я» в другом

В кризис люди стали вкладывать деньги в себя. Пришло понимание того, что единственное, что у тебя никто не сможет отнять, – это твоя голова, и то, что в ней (по сути, именно за счет обучения — проведения профессиональных семинаров и тренингов по работе с персоналом — наше агентство и выжило). Вообще  в кризис люди стали более открыты, более настроены на общение. Очень много стало всяких клубов образовываться – женский клуб, директорский,  клубы автомобилистов… Переоценка неких ценностей произошла. Потому что ты имел свое дело, ты зарабатывал сам и давал возможность заработать другим. Ты был гордым и важным… А когда ты видишь, как твои коллеги, друзья или ты сам в один «прекрасный» момент по абсолютно не зависящим от тебя причинам все это теряешь, понимаешь, что, наверно, нет ничего более ценного, чем человеческое общение и возможность найти какую-то поддер-жку. Очень многие люди отчего стали общаться? Чтобы услышать,  что у кого-то происходит то же самое, что и у тебя, кому-то вот сейчас так же нелегко. Очень точно это стремление охарактеризовал известный российский бизнес-тренер Виталий Ильинский: найти свое «я» в другом.

Естественно, на рынке труда тоже изменения серьезные произошли. В период кризиса вышли на передовую компании «второго эшелона». Если раньше в каждом сегменте рынка были компании-лидеры, которые собирали  все «сливки» с рынка труда, то в период кризиса как раз те вторые, третьи, четвертые,  те, кто не ошалел от заемных денег, а жил на те, что в тумбочке лежали, открывали вакансии, набирали персонал. У них появилась прекрасная возможность привлечь классных менеджеров себе в команду. Эта тенденция в период кризиса очень четко прослеживалась.

Мне всегда было интересно работать. Но сейчас еще интересней. Потому что кризис заставил вернуться к тому, что ты не делал уже давно. Ведь фактически очень многие руководители занялись стратегическим планированием, т.е. руками мы давно уже сами ничего не делали. А поскольку кризис заставил поджиматься, подсокращаться, нам пришлось вернуться, грубо говоря, к станку…

До кризиса-то у нас офис был 150 квадратов, в нем работали 9 человек, я занималась стратегическим планированием, работой с персоналом — выращиванием кадров… Сейчас в агентстве работают 2 специалиста и я. То есть фактически я сейчас занимаюсь оперативным администрированием. И от этого в восторге, если честно. Я сама работаю с клиентами: сама закрываю вакансии и на первых руководителей, и начальников отделов; и для федеральных компаний, и для местных;  сама организовываю семинары, тренинги, круглые столы; сама выезжаю на переговоры, встречи и с клиентами, и партнерами, и коллегами и т.д. Это на самом деле классно, когда ты имеешь постоянный контакт с теми, на кого работаешь: ты получаешь информацию напрямую, неискаженную и  тут же – обратную связь.

Сначала я думала, что это – шаг назад. Но в прошлом году мы с коллегами из региональной рекрутинговой сети «Метрополис» познакомились с опытом двух зарубежных агентств – крупного сетевого в Финляндии и маленького хантингового в Швеции. В хантинговом оборот в два раза меньше, чем в сетевом,  но в сетевом более 100 человек работают, а в хантинговом – два… И я поняла: то, что я сделала в кризис, это некий шаг вперед, о котором я раньше просто не догадывалась. Да, конечно, приходится серьезно «пахать». Но если посмотреть на эффективность бизнеса… Я сейчас зарабатываю столько, сколько до кризиса. А мои затраты резко упали (я поменяла офис на более маленький, сократила персонал). Мой бизнес сейчас стал более интересным и привлекательным в плане финансов, в плане моего собственного развития. Более интересным и привлекательным он стал и для  клиентов: если собственник бизнеса  сам занимается какими-то процессами, эффективность на 50% больше, нежели когда этим занимается наемный  сотрудник.

Хотим все-таки провести нашу эйч-аровскую  (эйч-ар – разговорное от  HR-менеджера. HR – аббревиатура  из первых букв словосочетания  human resources – человеческие ресурсы, кадры. HR-менеджер, эйч-ар, человек, который занимается в компании кадрами. – Ред.) конференцию. Как мы это делали до кризиса – приглашаем наших местных коллег, и они делятся своим опытом, своими наработками: какие проекты  ведут, каких результатов достигают.

Вот сейчас, например, основная задача, которая стоит перед большинством эйч-аров: как, каким образом фонд оплаты труда оставить на одном уровне, или чтобы он рос, но при этом чтобы прибыль компании, или товарооборот, росла в 2 раза быстрее. Потому что в России самая низкая производительность труда. Когда были шальные деньги, получалось, что товарооборот компании рос на 10% , а фонд заработной платы – на 30%.  Естественно, многие руководители задумались: как так? Магазины открываем, товарооборот растет, а где деньги, Зин?.. Сейчас уже есть, что сказать в ответ на этот вопрос.

Почему мы не проводили такие конференции в кризис? Потому что очень многие идеалы в нашем профессиональном сообществе были разрушены. Большая часть инструментов, которые были очень модны, популярны до кризиса,  на которые очень много было потрачено денег и сил, оказалась нежизнеспособной в среде, которая быстро менялась и где самим нужно было быстро меняться. И все эти KPI — ключевые показатели эффективности, управление по целям, описание бизнес-процессов в большей степени даже тормозили развитие бизнеса. Потому что нужно было быстро все менять. А как изменить, когда у тебя все бизнес-процессы прописаны? Ты потратил на это три года: прописал, внедрил, почувствовал некую эффективность от этого, а сейчас  не это надо, сейчас надо все по-другому…

К тому же в период кризиса к общему пессимизму, разрушению идеалов добавилось то, что очень многих наших коллег – менеджеров по управлению персоналом —  просто посокращали, как некую статью затрат предприятия.

Сейчас в экономике есть стабилизация, а в компаниях — понимание, что так, как раньше, не будет и надо делать что-то совершенно иное. И плюс уже есть первые результаты – местным эйч-арам есть уже о чем говорить,  чем поделиться с другими. Думаю, что скорей всего в марте мы эту конференцию проведем…

НА СНИМКЕ: Наталья Михайловская в гостях у коллеги из Стокгольма. Свен Тонквист — генеральный партнер «Гласфорд Интернешнл», того самого хандингового агентства, опыт которого убедил Михайловскую, что то, что она сделала в «Профи» во время кризиса, – шаг вперед.