Соцсети:
лунный календарь 2022 в газете Кузбасс

«Король» умирает, и нового не будет долго

12 августа 2020 | Илья Девянин
Вот этот кедр уже очень болен, но рубить его все равно нельзя. Фото Федора Баранова.

Площадь поражения кедра в Яшкинском бору за один год увеличилась в четыре раза. Как отмечают специалисты, виной тому варварское отношение шишкобоев к деревьям: они ранят стволы и тем самым ослабляют иммунную систему растений. Вот и нынче сбор шишки еще не разрешен, а первые браконьеры уже направились в боры, чтобы успеть собрать и без того малое в этом году количество ореха. Вместе с лесными инспекторами на маршрут патрулирования вышли и наши корреспонденты.

 Начало катастрофы

Еще пару лет назад жители Яшкинского района, не до конца осознавая масштаба трагедии, спорили с представителями департамента лесного комплекса Кузбасса по поводу необходимости назначения санитарных рубок. Народ тогда был против. Позапрошлой зимой местные активисты, лесничие, а также стражи порядка и журналисты собирались на лесосеке рядом с деревней Ботьево. На тот момент еще никто не знал, какой именно короед убивает яшкинский кедр, но местных жителей убедили, что бор нужно лечить (хоть это было и непросто, ведь серьезная часть дохода соседних поселков зависит от сбыта шишки, потому слово «рубка» людей пугало).

И вроде бы тогда же всё решилось. Местные с лесничеством договорились сообща действовать на благо бора. Уже следующим летом лесопатологи расставили феромонные ловушки, в которые залетали жуки: важно было точно определить вид вредителя, ведь от этого зависели и способы борьбы. В итоге энтомологами было установлено, что это так называемый союзный короед.

Вредитель попал к нам с Западных Карпат и Альп (скорее всего, вместе с лесом по железной дороге еще в 60-70-е годы прошлого века). И уже в 2019 году этим жуком было поражено почти 250 гектаров кедра. Причем специалисты были уверены, что это только начало экологической катастрофы регионального масштаба. На прошлой неделе корреспонденты «Кузбасса» снова вернулись в Яшкино.

Бор обречен?

В кабинете начальника Яшкинского лесничества Алексея Костюченко мы сразу задали ему важнейший вопрос: обречен ли бор?

«Приезжали специалисты из Москвы, смотрели. В итоге пришли к выводу, что этому союзному короеду у нас в бору подходят все условия, – сообщил плохую новость Алексей Сергеевич. – Ест он ослабленный варварской заготовкой шишки кедр, которого много, естественных врагов у него практически нет, да вдобавок климат стал теплее, потому за зиму вредитель не вымерзает. Популяция его растет, ему тут комфортно… В этом году мы поставили 1400 феромонных ловушек для отлова, результатов пока нет, будут только в сентябре».

Начальник лесничества очень эмоционально говорил об антропогенном факторе, который дает возможность жуку заселять всё большие территории бора. Деревья, особенно после прошлого урожайного года, ослаблены ударами колотушек, воздействием вибромашин и прочих браконьерских приспособлений для быстрой добычи кедровой шишки.

«Доходит до смешного! Производители этих самых вибромашин в технической документации пишут, что такое воздействие даже полезно для кедра! А вот такими дубинами лупят по стволу, причем это еще самая маленькая, – демонстрируя тяжелое орудие длиной более метра, пояснил Костюченко. – Варианты спасения рассматривались разные. Ловчие деревья, ловушки и прочие подобные способы тут уже не эффективны. Это скорее способ сбора статистики. Травить химией с воздуха также практически бесполезно, ведь жук под корой, да и потравим остальную фауну. Есть еще способ… Например, в Европе применяют инъекционные препараты для незаселенных деревьев, но на них никаких средств не хватит при нашей ситуации. Цена одной инъекции – около десяти евро, на каждое дерево их надо три, а у нас поражена уже тысяча гектаров…».

Тут к разговору присоединился местный активист, в прошлом лесничий, Николай Хохряков. С ним мы знакомы еще со встречи в Ботьево. У него давно болит душа за бор, и с высоты своего опыта он добавил к рассказу Костюченко еще несколько фактов, отчего ситуация стала выглядеть совсем трагично.

«Вот помнишь, – обратился Хохряков ко мне, – тогда думали и насчет создания ООПТ (особо охраняемой природной территории. – Прим. ред.), и назначения санитарных рубок, а кедр гибнет в геометрической прогрессии. Из-за нового Лесного кодекса РФ запрещена заготовка леса в орехово-промысловых зонах. Санитарные рубки прировняли к лесозаготовке, а бюрократическая цепочка настолько длинная, что вовремя лечить бор не получается. Лесхоз сам рубить права не имеет. Если бы еще в прошлом году можно было занятья рубками, то часть кедра пошла бы в промышленность, а вредителя получилось бы остановить. Теперь же сухие и изъеденные стволы бесполезны. И кто из лесозаготовителей возьмется за работу, с которой даже в ноль по деньгам не выйти? Только в минус. Кстати, рубить-то можно только кедр четвертой категории, это когда больше двух третей дерева уже сухие. А кому оно нужно, если даже короед уже в этот момент перебирается дальше? Причем это насекомое, как говорят энтомологи, может разлетаться на два-три километра. Вот доест он наш бор и дальше полетит…».

Так есть ли вообще хоть какой-то выход? И Костюченко, и Хохряков вспомнили реакцию московских специалистов на этот же вопрос. Те только развели руками и сказали: мол, в нынешней ситуации бор спасет только появление какого-нибудь вида – антагониста короеду, который будет естественным путем сокращать популяцию жука.

Николай Хохряков сразу замечает следы ранения кедра.

Лесной патруль не всесилен

Загрузившись в «УАЗик» лесничества, наша группа отправилась на патрулирование в бор. По пути Алексей Костюченко рассказывал об организации лесных патрулей, которые должны отлавливать шишкобоев, вышедших на промысел раньше положенного срока и с незаконными орудиями добычи.

«У нас разработан ежедневный график совместного патрулирования с администрацией и органами внутренних дел, иногда участвует и прокуратура. Утром собирается команда из трех-четырех человек, и они выезжают на маршрут. Даты и маршруты патрулирования мы, конечно, разглашать не будем, но скажу, что иногда группа проходит и проезжает по 150-200 километров в день. При задержании человека, занимающегося незаконным сбором ореха (а до 15 августа запрещен любой сбор шишки), на него составляется акт, а инструменты заготовки изымаются полицейскими. Потом составляется и протокол об административном правонарушении. В этом году шишки почти нет, потому и нарушителей тоже совсем мало. Пока поймали только одного, причем совсем не местного, он из Томска приехал».

Вот, казалось бы, одна из эффективных мер: ограничить вредное воздействие человека на кедр можно именно наказанием шишкарей-браконьеров. Не будь их – деревья, вместо того, чтобы отдавать силы на затягивание полученных ран, сами боролись бы с короедом, и ситуация была бы не столь запущенной. Но тут есть другая загвоздка… В Яшкинском лесничестве всего пять инспекторов, не считая начальника, да еще несколько общественных инспекторов бывает задействовано в патрулировании. А площадь «подведомственных» кедровых боров – около шести тысяч гектаров, и таким количеством людей охватить всю территорию невозможно. Тут к слову будет заметить, что списочная численность Яшкинского лесхоза до сокращения составляла около 120 человек, а теперь только 15…

Почему же людей не хватает? Ведь по всем девяти кузбасским лесничествам открыта уйма вакансий, как говорится, учись и приходи работать! Но молодежь не торопится, хоть профессия и интересная, и даже романтичная. В итоге, изучив банк вакансий на сайте министерства труда и занятости нашего региона, я понял, в чем дело. Кто сейчас пойдет на трудную (а порой и опасную) работу лесного инспектора за 15-18 тысяч рублей в месяц?

При этом и бывший инспектор Николай Хохряков подтверждает, что люди нужны очень, надо непременно регулировать промысел. А то даже молодого кедра нет в бору, всё вытоптали…

Начальник Яшкинского лесничества Алексей Костюченко определяет маршрут патрулирования.

Последняя осень кедра

Осмотрев одну из частей вверенной территории, наша группа отправилась дальше по маршруту. И уже за деревней Красноселка открылся перед нами жуткий вид…

Больше половины пейзажа заполнил ржавый цвет погибающего кедра. А часть деревьев стоит уже и вовсе без хвои, и так на километры кругом! Торжественно возвышающиеся над сибирской тайгой «короли леса», еще в прошлом году радовавшие глаз, доживают свои последние месяцы, а какие-то деревья – вообще последние дни. Да, еще перед поездкой в Яшкино в департаменте лесного комплекса Кузбасса меня предупреждали, что я увижу нечто подобное, и для успокоения заверили в том, что новый кедр будут высаживать. Вот только плодоносить это дерево начинает лишь через 20–25 лет, да и надолго ли хватит новых посадок с таким отношением шишкарей?

Остановившись в деревне, мы принялись расспрашивать местных. Все наперебой говорили о том, что бор гибнет, но особенно запомнилась фраза одного молодого паренька: «Гнилой кедр совсем стал, мертвый…».

Чувствуя гнетущую атмосферу безысходности, я адресовал вопрос всем собравшимся: неужели совсем ничего нельзя сделать? Ответил Николай Хохряков:

«Только менять законодательство и давать лесничим полномочия для лечения боров необходимыми и реальными методами. Больше, видимо, никак…».

Дорога домой прошла практически в полном молчании, а у меня в голове засела одна мысль: король тайги умирает, а нового тут не будет еще долго…

Другие статьи на эту тему

10 декабря

В Яшкинском рйоне построят детский лагерь

В Яшкинском районе появится детский лагерь. 10 декабря на сайте правительства Кузбасса опубликовали постановление о…

13 октября

300 кузбасских кедров высадили на территории Дальневосточного университета

Сегодня завершилась трехлетняя экологическая акция по закладке бора из кузбасских кедров на острове Русский (на…

28 сентября

Администрация Яшкинского района прокомментировала жалобу на разобранный мост

Утром 28 сентября в соцсетях появился видеоролик с разобранным мостом в деревне Морковкино Яшкинского района….

Комментировать 0
Оставить комментарий
Как пользователь
социальной сети
Аноним
подписка на газету кузбасс
объявление в газете кузбасс
объявление в газете кузбасс
подписка на газету кузбасс