Соцсети:

Когда китайские папы плачут

14 августа 2018 | Полина Спиридонова
Фото: из архива театра.

Кемеровский театр для детей и молодежи вернулся с гастролей из Китая. Все спектакли в Пекине и Куньшане прошли с аншлагом, наших артистов на следующий год уже пригласили в Шанхай. О «стране XXII века», особенностях национального театра Поднебесной и необычном китайском зрителе мы поговорили с директором кемеровского театра Григорием Забавиным.

 – Григорий Львович, как вообще наш театр попал на эти гастроли?

– Три года назад мы ездили в Берлин на фестиваль «Fratz festival», собирающий детские театры со всего мира. Там нами заинтересовалось китайское театральное агентство The A.S.K. (Art space for kids) Beijing, организующее гастроли иностранных театров в Китае. Они буквально влюбились в наш спектакль «Что случилось с крокодилом» и сказали: «Приезжайте!» Мы долго с ними договаривались, три года переписывались, и вот, наконец, всё удачно сложилось. И сейчас мы только вернулись из Китая, а у меня на почте уже три письма от этого агентства, спрашивают: «Когда вы сможете приехать к нам в следующем году?» Кстати, они заставили нас подписать договор, что спектакль «Что случилось с крокодилом» будет ездить на гастроли в Азию только через агентство The A.S.K., то есть забрали права на спектакль. Ну а я подумал: хорошее агентство, что тут сопротивляться-то?

– Как прошли первые гастроли в Китае?

– Мы возили туда спектакль «Что случилось с крокодилом». Им важно было, чтобы спектакль был не текстовый, с минимальным количеством слов. Мы играли в Пекине и Куньшане на английском языке. На спектакли приходили современные китайские семьи, и меня не покидало ощущение, что все папы – это айти-специалисты, и мы попали в страну XXII века. Уровень жизни очень высокий, к нам приходили продвинутые семьи. Дети двух-трех лет владеют английским языком. Зданий ниже 30 этажей нет, по улицам разъезжают автомобили «Tesla». И наши представления, что китайцы готовы работать за плошку риса, возможно, и применимы к каким-нибудь северным районам страны, но тут мы видели совершенно другой Китай.

Кстати, получилась очень забавная ситуация с китайским языком. В нашем спектакле несколько фраз все-таки есть: «Летать», «Иди сюда» и другие. Ребята из агентства нам говорят: «Надо что-то с этим делать, по-китайски сможете сказать?» И прислали нам аудио с переводом. Мы учили, учили и поняли, что это дохлый номер. Но одно слово по-китайски все-таки оставили – «Африка» (действие там происходит), звучит как «Фейджоу». И вот мы уже спектаклей десять отыграли, наша актриса Света Лопина говорила «Фейджоу». Потом спрашиваем у своего продюсера: нормально у нас получается? А она отвечает: «Ну, как нормально. Китайский язык – он сложный, тоновый. Иногда вы говорите, и понятно, что Африка, а иногда вы говорите слово «жир»… И мы отказались от этой дурацкой идеи – мучить себя и местного зрителя китайским языком.

– Расскажите немного о спектакле «Что случилось с крокодилом» – для тех, кто его еще не видел.

– Нам дорог этот спектакль, это маленькое чудо театральное, как он получился – не могу понять. Мы его возили на фестивали «Золотая маска», «Арлекин». А как его родители смотрят! Папы плачут!

Был такой мультфильм в советское время. Крокодил высиживает яйца, а тут птицы подкинули ему яйцо, из которого вылупился птенец. Другие крокодилы говорят: «Да сожри ты его!» Крокодил уже решился было на это, а птенец ему сказал: «Папа»! И он начинает о нем заботиться и защищать. Птенец вырастает, научает крокодила летать, и они вместе улетают. Спектакль простой, но при этом какой-то наполненный, насыщенный всякими штучками.

– А если говорить о китайском зрителе – какой он?

– Китайские зрители еще трогательнее, радостнее наших. «Что случилось с крокодилом» – это бумажный спектакль. Все герои сделаны из бумаги и подручных вещей. Например, наш птенец – это клочок бумажки, слон сделан из шерстяной кофты. Это история, в которой из бумаги на глазах у зрителя рождается целый мир: верблюды, крокодилы, львы. И всё это зритель может потом воспроизвести дома. Воспитательный смысл этого спектакля – научить ребенка игре, рассказать о рождении игры из предметов, находящихся вокруг. Сегодня эта тема вообще уходит из семьи: дети играют в покупные игрушки, айфоны, смотрят телевизор.

От нашего спектакля китайцы впали в такое умиление! И нам было приятно для них работать, артисты пребывали в кайфе, потому что каждую штучку, придумку на сцене они встречали с большой человеческой радостью. Потом я понял, почему они так реагируют. В Китае сильны традиции национального театра, а это театр масок, где одна маска – одна эмоция. Им наш реализм просто не знаком по психофизике, у них его нет. Хотя, конечно, европейский театр и американское кино все равно в Китай проникают постепенно.

Фото: из архива театра.

– Вам самим удалось там сходить на спектакли в местные театры?

– Нет, мы не ходили, потому что были загружены, бывало, в день играли по три спектакля. И вообще в Китае мало театров. В России существует целая система, сегодня у нас в стране насчитывается 600-700 театров; в Китае их где-то около двухсот, в Европе, кстати, похожая ситуация, а в Америке театров почти совсем нет. Наша система уникальна, она была создана в советское время, когда была установка, что каждый человек должен иметь возможность сходить в театр. И сейчас у нас они более доступны для людей, в Китае, к примеру, билет на наш спектакль стоил 240 юаней, по-нашему это 2400 рублей.

В Китае даже в тех театрах, где мы выступали, нет собственной постоянной труппы. А в Куньшане, городе с населением около 320 тысяч человек, нет ни одного театра. Мы там играли на арт-сцене в торговом центре. Для них, живущих в коммунах и конгломератах, это нормально, что в торговом центре сосредоточены и магазины, и спортзалы, и театры.

– К поездке в Китай вы с артистами как-то особо готовились?

– По переписке мы понимали, что нас приглашают европеизированные современные китайцы. Поэтому мы не делали сносок на национальную характерность. Помимо спектаклей мы там провели восемь мастер-классов для детей и их родителей: пытались научить их рождать игры из подручного материала. И вот к мастер-классам мы готовились заранее, понимая, что без английского языка не обойтись.

– Наши актеры как-то по-новому проявили себя в этой поездке?

– Они сами за собой подметили, что ситуация, что ты играешь на другом языке для нерусскоязычного зрителя, немножко видоизменила спектакль. В Китае он шел более нарочито. Было желание всё усилить и приподнять, чтобы китайцы понимали, что происходит не только на уровне языка, но и на уровне действия. От этого появилась некая гротесковость – хотя и забавная, игровая и в рамках данного спектакля вполне применимая. Но при этом все поймали себя на мысли, что на сцене педалировали. В нашего Сережу Синицына, он играл крокодила, в Китае все мамки просто влюбились, папы подходили с заплаканными глазами и жали ему руку. А дети полюбили Максима Голубцова, он с ними играл после спектакля. Так что можно сказать, что мы нашли путь к сердцу китайского зрителя.

– Эти международные гастроли вы воспринимаете как успех?

– Конечно. Во-первых, само то, что иностранное театральное агентство, увидев наши спектакли, пригласило на гастроли, само по себе уже лестно. Ну а то, как нас зритель китайский принимал, – это совсем окрыляет. К тому же я как директор не могу со счетов сбросить и то, что театр на этих гастролях хорошо заработал. Кроме того, это и для артистов обогащение: другой зритель, ты для него по-другому играешь. Было любопытно посмотреть другую жизнь, другую ментальность.

– В дальних поездках обычно проверяются на прочность отношения в коллективе. Вы прошли такую проверку?

– Мы знали об этом. В Китае оказались в ограниченном языковом пространстве пяти человек. Правда, с нами в гостинице жили киношники из Москвы, мы еще с ними иногда общались. Вообще у нас дружеская компашка, но, несмотря на хорошие отношения и симпатии друг к другу, мы понимали, что момент напряжения может возникнуть, мы же все-таки не родные люди. И он возник. И когда все поняли, что вот это момент наступил, каждый про себя его перелистнул, и мы не дали себе испортить эту поездку. Одним словом, театр прошел проверку на долгосрочное коммунное проживание.

Другие статьи на эту тему

13 мая

За четыре месяца Россия и Китай увеличили взаимный товарооборот

За первые четыре месяца 2022 года объёмы двусторонней торговли между Россией и Китаем. Об этом сообщает…

09 августа

РЖД собирается построить железную дорогу из Кузбасса в Китай

В РЖД рассматривают три варианта прокладывания новых железнодорожных путей через Горный Алтай до Китая. Отправной…

10 июня

Кемеровские кукольники гастролируют по Кузбассу

Театр кукол Кузбасса имени Аркадия Гайдара продолжает радовать своими спектаклями жителей нашей области. Сегодня кукольники…

Комментировать 0
Оставить комментарий
Как пользователь
социальной сети
Аноним
подписка на газету кузбасс
объявление в газете кузбасс
объявление в газете кузбасс
подписка на газету кузбасс