Соцсети:

Язык полей

20 июля 2016 | Газета «Кузбасс»
Полевые разборки Михаила Гордылева и Владимира Пузанова. Фото автора.

Как и о чем говорят в эти июльские дни на полях Кузбасса?

Полное погружение

Как известно, лучший способ изучения чужого языка – полное погружение в языковую среду. Мозг тогда работает с повышенным КПД, незнакомый язык воспринимается и запоминается быстрее.
Болезни и вредители растений – особенный сегмент языка полеводов, и когда Гордылев позвал посмотреть в лицо всякой полевой гадости и понять, как с нею бороться, сомнений не было: Михаил – известный в Кузбассе спец по защите растений, кандидат биологических наук, мне неоднократно доводилось слышать его речи-хиты на всяческих агромероприятиях. В итоге случились 14 часов погружения в тему, поскольку за все это время даже трехминутного молчания у нас не было. Накрутили семь сотен километров – по дорогам асфальтовым, гравийным, полевым; ловили на зерновых да горохе всякую вредь, считали ее количество на колосках и цветках, идентифицировали болезни, обсуждали с фермерами стратегию и тактику борьбы.
Гордылев – представитель российской компании, которая производит и продает химические средства защиты растений. Своеобразным бонусом для клиента становятся не только мониторинг посевов, но и его знания в паре с готовностью создать «систему», то бишь научно обоснованное чередование культур с учетом особенностей почвы и климата, финансовых и технических возможностей, осмысленным использованием пестицидов и удобрений. Сверхзадача – сохранение плодородия почвы и экономическое благосостояние, основанное на повышении урожайности и минимизации расходов.
Но чтобы не утомлять читателя терминами, расскажу, как это виделось на полях.

Разбор полетов

Владимиру Пузанову шестьдесят, у него 23-я фермерская страда. Несколько лет назад начал задумываться о прощании с фермерством, но сын-предприниматель вдруг предложил помощь в покупке техники да строительстве зернохранилища, а Гордылев – систему и осмысленный подход к земледелию. В итоге фермер в полтора раза увеличил посевные площади,
всерьез занялся севооборотами, семенами, пестицидами, ввел новые культуры, стал получать урожаи за 30 центнеров с гектара…
Вместо пенсии – азарт, планы, искреннее и радостное удивление:
– Вчера смотрел поля в Новокузнецком районе, мои по сравнению с ними – небо и земля!
Гордылев уверен, что, «читая» поля, легко можно понять историю ошибок, заблуждений, глупости и лености тех, кто работает на земле. Впрочем, встречаются посевы, говорящие и об интеллекте, опыте, таланте. Первое встречается чаще, и на пузановском поле в 130 гектаров, на котором впервые за свою фермерскую судьбу посеял он 5 сентября прошлого года озимую пшеницу, – случился разбор полетов.
– Говорил же: начинай обработку с озимых! – ворчал Гордылев. – Дал бы подкормку на налив, фунгицидом обработал, насекомых снял… Здесь ты потерял, честно тебе скажу, тонну на гектар. Тонна зерна стоит 10 тысяч, а обработка пестицидами – тысячу. Тысячу потратил, десять тысяч заработал!
Попросил Пузанова пояснить, он ответил, виноватясь:
– Не обработали пестицидами, фунгицидами. Подкормку не дали… Но один раз-то дали! Трипса посмотрел – не массово, вроде… Прозевал, потом с Михал Ивановичем решили, что когда колос уже отцветет – обработать, а я не послушал. А сейчас уже поезд ушел. Или не ушел?
Трипс – вредитель, который высасывает из растений сок. Еще недавно большинство местных фермеров даже не подозревало о его существовании.
– Ушел, – ворчал Гордылев. – Обидно мне: тонну потеряли с гектара! Сорок центнеров все равно получишь, а мог – полтинник!
Владимир Пузанов улыбался стыдливо и довольно, как троечник, который заработал крепкую четверку: понимает, что пятерка лучше, но он и о четверках-то раньше не мечтал, чего пристали… Гордо тыкал пальцем в очередное пшеничное поле:
– А эта вот больная была, на следующий день обработал и от трипса, и от болезней, вот какая стала! Зеленая, похожая на пшеницу!

Пенициллин
от безсистемья

Следующий адрес – Прокопьевский аграрный колледж.
Сначала мы заехали на его поля, посмотрели посевы, посчитали трипса да блошку, потом попали в распростертые объятья Александра Романова, полтора года назад ставшего директором.
Говорили о дождях, технике (оба древних трактора встали – повезло! – в день окончания посевной), про то, что
агроколледж не считается сельхозтоваропроизводителем и, соответственно, не получает никаких субсидий от Минсельхоза, о новой посевной, о кадрах.
– Мы готовим механизаторов, которые должны получить практические навыки. Где? Естественно, на полях. А у нас нет даже агронома!
– А он для вас, – ехидно ткнул в сторону Гордылева, – свет в окошке?
– Он для нас не просто свет в окошке, он для нас какой-то… пенициллин! –заскороговорил Романов. – Буквально три-четыре встречи с ним показали мне, неучу, что с землей нашей, хоть и бедной, работать можно! У нас 1200 гектаров, севооборота никакого… После посева нужны гербициды, иначе жучок заест. Он подобрал в течение двух-трех минут простейшую баковую смесь, которая обошлась нам в какие-то сто тысяч рублей! В итоге эта смесь работает, вредители погибли, осот замер… Есть и более эффективные гербициды, но лишних денег нет, и он это понял! Мы соблюли технологию: обрабатывать выезжали ночью в полчетвертого и до 9 обрабатывали. Он подсказал, как настроить опрыскиватель, рассчитал норму опрыскивания! Урожай – жизненная потребность для нашего крупного рогатого скота. Готовим фураж, сено, сенаж, силос. Поголовье 250-300 голов, дойных 120…
– Вообще никакой системы не было, – снисходительно комментировал Гордылев. – Думали, в полеводстве как в стране дураков: закопал пять золотых – дерево выросло, три мешка собрал. Так не бывает. Я им все расписал, по крайней мере, на это лето, а зимой мы с тобой, Александр Юрьевич, севообороты на пять лет вперед рассчитаем!

Скептики и оптимисты

Алексея Логунова, фермера из Гурьевского района, оторвали от сварных работ на будущей весовой и складе запчастей: фермер, как известно, и жнец, и на дуде игрец, и сварщик. Подождали, пока переоденется, покатили в поля. Опять считали блошку, радовались белоснежью гречишных полей (новость в логуновских севооборотах), говорили о засухе, мучившей окрестные земли.
– Ячмень нормально, по такой погоде грех жаловаться, – негромко басил Логунов. – Поражаюсь, почему он да пшеница до сих пор живы. У нас тут такая засуха на солонцах, думал, вообще ничего не будет…
– А ты пшеницу фунгицидил? – спрашивал Гордылев.
– Нет… Мы просто ее подкормили карбомидом, не готов я пока… А от трипса полностью обработали все поля… Тля заела горох, еще раз химичить? Смотри, сели на макушку и сосут. А ведь только обработал!
Вспоминали: раньше средняя урожайность у Логунова выходила около 17 центнеров с гектара в любой год, хоть удачный по погоде, хоть нет. С тех пор, как с Гордылевым начали строить систему, оказалось: и на каменистой почве
(«…мелкий камень такой разборный, щебеночка») можно получать более чем приличные урожаи. То – три года назад – 72 центнера ячменя с гектара, то за пятьдесят центнеров пшеницы… Да, на небольших полях, где сделано все было «по-правильному»: предшественники, сроки, удобрения, обработки…
– Он нужен мне, я нужен ему, так что все нормально, – отвечал мне Логунов. – Он продает химию, должен консультировать. Систему пытаемся наладить, но зачем буду что-то говорить, если она пока не отлажена? Вот когда она отработается, это через два года, тогда и скажу. Но понимание уже есть, чисто механическое.
– Это как? – не понимал я.
– Два плюс два; параллельно, перпендикулярно: так, вроде, все понятно. А как начнет умными фразами про химию говорить: «нитрификация», «азотосодержащие» – у меня сразу начинает голову клинить.
– …и выйти, – говорил, – на средний урожай в 20 центнеров…
– На 30! – поправлял Гордылев.
– Да хоть на 40. Но мне нужно не болтать, а гарантированно получать стабильный урожай при минимуме затрат и обработок, при любой погоде, а мы в последние семь лет постоянно сгораем. Я такой скептик в этом плане, но теперь убедился, что можно, но для этого вкладываться нужно, технологию соблюдать, сеялкам нужна хорошая…

Фермер Алексей Логунов, горох и тля. Фото автора.

Фермер Алексей Логунов, горох и тля. Фото автора.

С кузькой в голове

Двигались уже в сторону дома, когда вдруг позвонил ленинск-кузнецкий фермер Петр Пономаренко: привет, у меня здесь, в Сочи, море да пиво, не заедете посмотреть, делать ли по гороху вторую обработку от тли?
Заехали. Поле красивое, ухоженное; горох рослый, практически отцвел, стручков много… Дергали растения, считали тлю, жевали горошины, вынесли вердикт: с учетом экономического порога вредности химобработка – пустая трата денег, поскольку плотность вредителей невелика, на урожай уже практически не повлияет.
…Ехали, думал: хорошая получилась поездка, мне нечасто доводится встречать сразу столько агрооптимизма,
сориентированного в будущее. В голове назойливо, смесью из трипсов, клопов черепашек, кузьки хлебного, пьявиц и жужелиц крутились слова: глифосатить, гербицидить, десикантить, фунгицидить, голштинофризить… Ой, это же совсем из другой оперы, из коровьей…

Игорь АЛЕХИН.
Прокопьевский–Гурьевский–
Ленинск-Кузнецкий районы.

 

Другие статьи на эту тему

27 августа

Кузбасские студенты придумали нового агроробота

Студент Юргинского технологического института Томского политехнического университета Владислав Рашитов выиграл грант Всероссийского конкурса «Студенческий стартап»…

28 июля

Замгубернатора Кузбасса рассказал, почему сельхозземли переводят в категорию промышленных

Замгубернатора Кузбасса Андрей Панов в своём телеграм-канале рассказал о том, почему сельскохозяйственные земли переводят в…

Кони, на которых можно смотреть вечно

В Кузбассе активно наращивают масштабы неосновных отраслей животноводства

Комментировать 0
Оставить комментарий
Как пользователь
социальной сети
Аноним
подписка на газету кузбасс
объявление в газете кузбасс
объявление в газете кузбасс
подписка на газету кузбасс