Крепкий орешек

Кузбасскому парню, женившемуся на девушке без рук и ног, помогают по жизни гены деда-героя…

26-летний Денис Шуренков отвел любимую в загс, везя инвалидную коляску и не обращая внимания на сочувственные взгляды: у милой белокурой невесты нет рук и ног.
И обручальное колечко повесил жене на цепочке на тонкую шейку – серьезно, надежно, навсегда.
И свое кольцо – с той минуты – носит на пальце, не снимая.
…Так Денис стал главой семьи, опорой жене и родившемуся вскоре сынишке.
И этот «груз» долговязый обычный вроде парень с черными добрыми глазами несет по жизни просто. Не только из-за любви. За Денисом, похоже, присматривает с небес дед, герой-строитель КМК.

Долгая дорога домой

Про историю любви мальчишки из Кузбасса и девчонки из Центральной России – Дениса Шуренкова и Гали Лобовой – впору снимать кино.
Галя. 25 лет назад родилась в роддоме Воронежа, и маме ее показали лишь раз. Врачи убедили заплаканную мать от ребенка отказаться. У малышки же левая ручка – по локоть. На правой – лишь два пальчика на недоразвитой ладошке. И ножки – половинка одной. И чуть больше половинки с недоразвитой ступней – другой. «Ребенок – не жилец», — жалели и смотрели, ошибаясь, вперед врачи.
— Мама и оставила меня. А родным сказала: умерла, — говорит Галя. – А я в детском доме (на Урале, под Челябинском, в Кусинском реабилитационном центре для детей с ограниченными возможностями, куда ее перевели из Воронежа. – Ред.), помню, так мечтала найти свою семью. И чтоб ручки, ножки отросли…
Денис. Должен был родиться на Алтае, в семье, работавшей в деревне и жившей в колхозном доме. И расти на молоке, свежем воздухе и в тишине степи.
— Но жена перед родами стала рваться в Новокузнецк, где жили ее и моя матери. И то ли спешный переезд (сорвалась, уехала вперед одна), то ли родовая травма, но Денису в новокузнецком роддоме сразу поставили диагноз: детский церебральный паралич, — вспоминает отец Дениса – Виктор. – Жена была в шоке. Своего жилья нет. Сыну предстоит серия операций на ногах – с надеждой, что когда-нибудь, может быть, встанет… Врачи сказали ей, что мы «не потянем». Что сына лучше передать государству. И что его будут лечить за государственный счет. Жена и написала «отказную», ни с кем не советуясь…
Помню, как мы приходили в дом ребенка. Как разрешали лишь гулять с Денисом. В периоды между операциями.
А в тяжелых 1990-х мы Дениса было потеряли. Оказалось: его перевели в специализированный детский дом на Урал. И продолжали спасать ноги. В общей сложности Денису сделали шесть операций. Сын стал ходить. Сначала хромая, потом – лучше, лучше… Он писал об этом нам в письмах. Мы писали ему… И не скрывали: виноваты, так виноваты, что сын растет далеко от нас.
…Но Денису и Гале повезло: детдом в Кусе стал им родным.
— И подружились мы детьми. Мне было лет девять, ей восемь, — вспоминает Денис. – Учились в разных классах, но жили на одном этаже. У нас были общие друзья. И была в то время игра – ты менялся какой-то вещью, которая есть у тебя, на вещь, которая есть у другого… К Гале я тогда подошел, имея для обмена… сухие духи. А она была готова расстаться со шкатулкой… И еще тогда, впервые разговорившись, я в упор не видел, что у нее нет рук, ног. Меня притянула душа…
…Они еще не знали, что дружба перейдет в любовь. Что в 17 лет выросшие Галя с Денисом бросятся не в загс (их любовь будет крепнуть еще долгих шесть лет)… А за «ноющей» мечтой детства.
Галя узнала из личного дела свою родину, написала в соцзащиту, и так ее «связали» с мамой и папой. И те, потрясенные тем, что жива, приехали на Урал, попросили прощения.
Денис же, вернувшись в Новокузнецк, обняв родных, сходил на могилу матери. Занялся важным делом: выучился в колледже, получил, как интернатский, квартиру в Новокузнецке.
— Но меня тянуло назад. Я поступил уже в Челябинский техникум текстильной и легкой промышленности. Нашел Галю. В Челябинский дом-интернат для престарелых и инвалидов ее перевели. А встретились, оба поняли – больше ни за что не расстанемся, — говорит Денис.

Сын

Через год родители Гали отвезли ее учиться в экономический колледж (под Рязань). Чтоб не потерять Галю, Денис рванул следом. Она выучилась там на программиста. Он – в ее же техникуме — окончил отделение «Экономика и бухучет» с красным дипломом.
— И мы вернулись в Челябинск, «осели» там, объединив наше с Галей жилье. Расписались в декабре
2014-го. Сын родился в марте 2015-го. Вес – 2800 граммов, рост 50 см, — вспоминает Денис, как забирал, вместе с родителями жены, Галю с сынишкой из роддома…
— Сыну уже полгодика. Он не капризный, и поэтому нам с ним легко. Галя его часто на руках держит. Сил у нее много. Она «рулит». И многое по дому делаем вместе.
Назвали же малыша Валерием, что означает «здоровый, стойкий, сильный», прося у судьбы сынишке здоровья…

Дар

Родные Дениса гордятся его ответственностью. Старший брат Дениса, холостяк, познакомившись с Галей и племянником, считает Дениса счастливым.
Но больше всех уважает решение Дениса 98-летняя бабушка Анна Алексеевна. Еще и потому, что он характером – в деда, Григория Семенова, погибшего 17 декабря 1959-го в страшной аварии на КМК — после героических дней на строительстве доменной печи.
— Из-за взрыва гремучей смеси погибло больше 50 человек, считая и тех, кто позже умер в больнице… Было задание – досрочно запустить строившуюся домну №5. На домне работало в те дни очень много рабочих и добровольцев. Потому и жертв оказалось так много, — пояснили «Кузбассу» в научно-техническом музее имени Бардина в Новокузнецке.
…Деда Дениса достали из завала еще живым. Он умер в больнице, не успев главного – сыграть свою свадьбу, дать свою фамилию первенцу-сыну.
…Через 55 лет после катастрофы на КМК спонтанная, без фаты («сделал предложение и отвез в загс»), регистрация брака Дениса и Гали выпала случайно – и не случайно — на юбилейный декабрь. И уже внук обрел пропавшее родовое семейное счастье. И нашел свое собственное…
Лариса МАКСИМЕНКО.