Дева Торо на Весенней набережной

Осенью променад вдоль набережной Томи не то чтобы становится совсем безлюдным, а как-то немного пустеет. Летом, например, можно было послушать непривычные для нашего сибирского уха кельтские и скандинавские фольклорные мотивы, которые вживую исполняла группа музыкантов.

Мы лениво прогуливались, внимая экзотическим звукам, и только сейчас, когда музыканты перестали «стритовать», задали себе вопрос: «А кто это был?» А это была кемеровская фолк-группа «Вербена».

Они ушли, но обещали вернуться

Сейчас «Вербена» продолжает репетировать и обещает этой осенью записать свои песни с подобающим качеством звука. По крайней мере, так говорит лидер группы, автор почти всей музыки и почти всех стихов Александр Юхатов. Необычное в наше время и в нашем пространстве направление – немного «Аквариум», больше – «Мельница» — даже для профессиональных музыкантов никак не заработок. Копят деньги на самое необходимое – инструменты, микрофоны. У ребят до сих пор нет профессиональных записей – это тоже стоит денег. Но и хобби это не назовешь. Тогда что? Образ жизни? Тот, кто знает ответ на вопрос: как встроить желания души в современную экономику? – наверное, никогда не поделится секретом.
А Александр – профессиональный музыкант, между прочим, ответа на этот вопрос и не знает. Он просто пишет песни. И стихи к ним. Собирает музыкантов: кто-то уходит, кто-то приходит, выступает с «Вербеной» в кафе и антикафе, «стритует» летом на улицах. Населяет созданный им же мифический мир образами, и щедро делится со всеми желающими послушать. Образы приходят совершенно неожиданно. Например, композиция «Шаман» родилась из… плохого настроения. Александр рассказывает, что и погода-то была сумрачная, он сидел с гитарой и просто зажимал аккорды без крайних струн. Получался такой гул, в сумраке возникал ниспадающий звук, и ему вдруг стало легче. Тогда он подумал: «О чем бы это могло быть?» Кто может ходить в этих гулких ниспадающих звуках между мирами? Шаманы. Связываться с потусторонними существами у Александра желания никогда не было, считает, что к потустороннему миру нужно относиться с осторожностью.
— Я никогда, даже в детстве, особо не увлекался ни историей, ни фэнтези, — говорит Александр. — И вообще творчеством занялся поздно, лет в 17. Всегда хотел инженером стать, поэтому после школы поступил в КемТИПП. А как-то заглянул в клуб «Играй, гармонь», и мне очень понравился звук русской гармошки. Потом купил гитару. И поступил в Кемеровский областной колледж культуры и искусств. Причем поступал «с нуля», даже нот не знал – определял на слух. На народное отделение недобор был, меня взяли. А потом с нашим выпуском отделение вообще закрыли. Так вот, о творчестве. У меня память чисто музыкальная – квинты, кварты. Мне нравится, как они звучат, у меня постоянно это в голове играет, и хочется их произвести. Бывает, что сильно увлечешься какой-то темой. У меня на последнем курсе был доклад о менестрелях, и я на этой почве сочинил песню. А некоторые песни возникают эмоционально. Переживаешь какое-то событие, и раз – записал на бумагу, а завтра послушал, и будто не ты написал.

Музыка далеких времен

История становления группы начинается в 2012 году, со знакомства Александра с Ириной Матвиенко. Тогда же они и попытались собрать группу. Это были друзья и друзья друзей.
— Тогда образовалась четверка, — рассказывает Александр, – я, Ирина Матвиенко, Катя Назарова и Ваня Торопов. У меня было тогда своих песен 4 или 5. Мы играли вчетвером, нигде не выступали, просто репетировали, на съемной квартире, где жил наш будущий барабанщик. У нас была одна гитара, свирель и даже барабана не было, был только бубен. И все инструменты были мои. Изначально мы хотели играть фолк, для нас это было необычно, поэтому мы считали, что и для слушателей это будет необычно. Мало кто играет сейчас такую музыку, тем более далеких времен. Наш дебют состоялся в антикафе «Кот да Винчи» в августе 2013 года. И это был знаменательный день, потому что мы познакомились с нашей будущей скрипачкой Аней Павельевой. Катя Назарова не смогла с нами выступить, и мы по пути в антикафе заметили молодую особу, которая на улице что-то репетировала на скрипке. Спросили, не хочет ли выступить с нами, и она сразу согласилась. Тогда мы, кстати, сомневались, что в кафе «Да Винчи» наша музыка пойдет. Но всем понравилось. Потом создали «Вконтакте» группу, и, к нашему удивлению, добавилось человек 100 сразу. Когда приехала Катя, стали собираться впятером, я стал писать партии для скрипки, хотя раньше никогда не писал.
Потом у ребят были разные кафе и антикафе, многие сегодня о себе оставили лишь названия. «Амадей», «Фрея», «Чердак»… Коллектив менялся, кто-то уезжал учиться в другой город, кто-то уходил из-за творческих разногласий. Энтузиазм то вспыхивал, то угасал. Ещё и потому, что очень сложно писать песни, когда состав меняется, и кроме того, очень важно, чтобы всем участникам нравилось то, что они играют. На сегодняшний день, после многих перипетий, группа более-менее устоялась. Получился стабильный состав из пяти человек.
В общем, не знаю, как вам, а мне кажется, что в этом каком-то упорном желании, несмотря на то, что это «не в тренде» и приносит не доход, а сплошные траты, делать то, что нравится тебе (и делать, заметим, хорошо и профессионально), есть какая-то доблесть. И большинство песен у ребят именно про это – про доблесть, честь, верность. Увы – средневековую, и многими благополучно забытую. А зря.

Евгения РАЙНЕШ.