Тридцать лет и три выстрела

Обвинив жену в безразличии, а сына – в тунеядстве, 54-летний житель областного центра взялся за ружье, лежавшее в разобранном виде 22 года…

Домашний диктатор

Решение расправиться с самыми близкими людьми пришло к кемеровчанину Василию Петрову вроде бы спонтанно. Однако негативные эмоции в нем явно копились годами. «Нервный срыв» – на таком мнении сходятся все: и соседи, и следственные работники, и прокурорские, и чудом выжившая жена. А вот 33-летний сын, к сожалению, скончался на месте, не успев понять, что вообще произошло…
Супруги Петровы, Наталья и Василий, прожили вместе 30 лет. Не сказать, чтобы все время — душа в душу. Но, по признанию Натальи, руку на нее муж поднял лишь однажды, несколько лет назад, когда дочь решила избавиться от нежелательной беременности, а она ее в этом поддержала. Поскандалить же, почитать нравоучения, настоять на своем – это для Василия было в порядке вещей. Даже взрослых детей отец по-прежнему продолжал «наставлять на путь истинный».
У дочки, правда, уже была своя жизнь, с мужем и ребенком, но с отцом все равно виделась часто, ведь проживали они в двух половинах одного дома. Сын же постоянно находился под боком: в свои 33 года ни семьей, ни отдельным жильем, ни стабильной работой он так и не обзавелся. Отца это злило, особенно когда молодой человек, практически не вставая, долгое время проводил за компьютером. Не меньше его злило и спокойствие жены. Она защищала детей, а когда супруг в очередной раз начинал учить ее жизни, провоцируя конфликт, молча уходила в другую комнату. Это мужчина и принимал за равнодушие.
5 сентября нынешнего года Василий попросил сына помочь навести порядок в гараже — подготовить помещение к ремонту. Молодой человек согласился, как показалось отцу, неохотно. Убирать им помогал родственник зятя. За те пару часов, что шла работа, хозяин гаража выпил две полуторалитровые бутылки пива. Потом, уже дома, Петров опять начал ссору с женой, пытаясь высказать накопившиеся обиды. Наталья опять молча удалилась в соседнюю комнату. Но разъярившийся супруг приказал ей и сыну покинуть дом, и они ушли к дочери.
Было около полуночи. Скоро мать, понимая, что рано утром вставать на работу, попыталась успокоиться и легла спать. Но через некоторое время ее разбудила дочь: «Отец вас на улицу зовет, прощения просить хочет».
Женщина встала и вместе с сыном вышла из дома. Минуты через три дочь и ее домочадцы услышали три хлопка…

Выстрелы
вместо извинений

Ружье у Василия появилось еще в конце 1980-х. Тогда в течение четырех лет они с семьей жили в Омске, где он работал на охотничьей базе сторожем. Там и стал изредка охотиться, в свое удовольствие. Но разрешение на оружие мужчина не оформлял.
Не сделал он его и в 1992-м, когда всем семейством Петровы вернулись в Кемерово. Впрочем, и ружье с тех пор он в руки не брал: как положил в разобранном виде в шкаф, так оно там и пролежало. Был еще запас патронов 16-го калибра, которые Василий хранил в гараже. По всей видимости, во время уборки они и попались ему на глаза…
Отправив своих к дочери, Василий достал из шкафа ружье и взял горсть патронов. Он уже точно знал, что хочет сделать…
Тем временем Наталья с сыном вышли на улицу и присели на скамейку. В ожидании обещанных извинений. Но вместо этого Василий отошел к калитке, взял оставленное там ружье и молча начал стрелять. Сначала – в голову сыну, потом – жене. Оба упали. Мужчина положил было ружье на крышу сарая, но тут увидел, что молодой человек поднял голову от земли. «Что, живой еще?» — спросил отец и, перезарядив ружье, выстрелил снова, в затылок. Больше сын не поднимался. Наталья тоже продолжала лежать, не двигаясь.
Положив оружие на сей раз уже окончательно, Василий отправился вызывать полицию и «скорую помощь». Когда постучал к дочери, та, схватив младшего ребенка, убежала через окно к соседу (услышав хлопки, она хотела выйти на улицу, но увидела лежащих мать и брата, всё поняла и испугалась. — Авт.). Открыл Петрову гостивший у них родственник зятя. Пришедший поинтересовался, как с мобильника позвонить в спецслужбы. Дочь в это время дрожащей рукой набирала те же телефонные номера из дома соседа. Он, кстати, тоже слышал выстрелы, но решил, что это фейерверк.

Понять и простить?

— «Скорая» приехала достаточно быстро, и раненую Наталью Петрову удалось спасти, — рассказывает заместитель руководителя Следственного отдела по Заводскому району Кемерова СУ СК РФ по Кемеровской области Евгения Евтушенко. — Сейчас пострадавшая уже работает, на месте раны остался небольшой шрам. Сын же на момент приезда медиков уже был мертв.
— Но ведь под горячую руку отца могла попасть и дочь, выйди она на улицу. Преступник говорил о своих возможных действиях в этом случае? – интересуюсь у следственного работника.
— Подследственный утверждал, что этого бы не произошло, — отвечает Евгения Евтушенко. – Он четко сказал, что убить хотел только жену и сына.
В суд это дело передавал прокурор областного центра, расследовано оно было в рекордно короткие сроки, всего за два с небольшим месяца. На днях уже прозвучал приговор.
— Это тот классический случай в нашей работе, когда всё срослось: экспертизы были проведены в первый же день, их результаты полностью совпали с показаниями потерпевшей и обвиняемой сторон, — объясняет Евгения Евтушенко. — А сам подозреваемый даже проронил такую фразу: «Скорей бы уже в колонию, там хоть работать буду, надоело уже без дела сидеть».
На суде обвиняемый плакал, а его супруга и дочь просили не наказывать мужа и отца слишком строго и, по возможности, не лишать его свободы. Но при такой тяжести содеянного это было невозможно. Однако раскаяние мужа и прощение жены суд при вынесении приговора все-таки учел.
— Подсудимого приговорили к одиннадцати годам пребывания в колонии строгого режима с последующим ограничением свободы на полтора года, — рассказал прокурор Кемерова Олег Заратовский. – И это, учитывая тяжесть вменяемых преступлений, срок небольшой. Сторона гособвинения просила назначить преступнику 13 лет лишения свободы.
…Когда муж выйдет на свободу, жена готова снова жить с ним под одной крышей. Они с дочерью даже собираются ходатайствовать о помещении осужденного в одну из ближайших колоний – чтоб проще было навещать его и носить передачи.
Елена АЛЕКСАНДРОВА.

(Имена и фамилии фигурантов уголовного дела изменены).