Соцсети:

Больница как приют для опьяневших

10 апреля 2012 | Валентина Акимова

В администрации области создана рабочая группа, куда вошли представители органов охраны правопорядка и департамента здравоохранения. Ее задача – разработать конкретный механизм реализации на территории Кузбасса приказа МВД РФ, который предписывает полицейским доставлять в больницы всех пьяных, находящихся в общественном месте и утративших способность самостоятельно передвигаться или ориентироваться в окружающей обстановке. Мера отнюдь не лишняя: после того как в области был закрыт последний медвытрезвитель, медики буквально согнулись под тяжестью нового гнета – отрезвления хвативших лишку граждан.

Ведомственная инструкция, определяющая порядок действий полицейских в отношении лиц, находящихся в общественном месте в состоянии «ни тяти, ни мамы», вступила в силу 11 марта – то есть ровно месяц назад. Однако ни работники «скорой помощи», ни медперсонал многопрофильных стационаров, которых упомянутый выше приказ буквально обязал заниматься выпивохами вплотную (подписанный министром МВД Нургалиевым, предварительно он был согласован с министром Минздравсоцразвития Голиковой), даже не заметили этого. По той причине, что для них кошмар начался много раньше. Последний в Кузбассе медвытрезвитель был закрыт еще в декабре 2010 года. И тогда же оказание помощи гражданам, которые в лечении, вообще говоря, не нуждались и после выпитого чувствовали себя не плохо, а очень хорошо, было принудительно возложено на плечи общественного здравоохранения.

 

«Гляди, подвозют, гляди, сажают!..»

 

Пациентами с острыми алкогольными отравлениями (иначе говоря, пребывающими в бессознательном состоянии алкогольной комы) «скорая помощь» занималась всегда. Равно как и теми, у кого опьянение шло «фоном» основного заболевания: приступа аппендицита или бронхиальной астмы, гипертонического криза, травмы… Сегодня они выезжают ко всем пьяным, обнаруженным сердобольными гражданами или полицейскими в публичных местах. И занимаются ими до… максимально полного устройства их судьбы.

– В Кемерове этот процесс хоть как-то упорядочен, – считает и.о. главного врача Кемеровской станции скорой медицинской помощи Евгений Аверьянов. – Представители правоохранительных органов и управления здравоохранения еще год назад заключили временное соглашение о разграничении функций и прописали в нем алгоритм совместных действий. Если полиция приезжает на место раньше медиков, они вызывают «скорую» и ждут нас. Наша бригада осматривает пьяного и решает, что дальше. Если человек не ориентируется в окружающей обстановке, везем его в отделение токсикологии ГКБ № 3. Если контактен и имеет повреждения травматического характера, доставляем в дежурную больницу. Если просто пьян, пишем в сигнальном листе, что в экстренной госпитализации не нуждается, и оставляем полицейским. Которые могут забрать его к себе в отделение для протрезвления или доставить домой. В больницы таких стараемся не везти. Если «скорая» приезжает на вызов раньше, то ждать полицию должны мы. На практике ожидание может затянуться надолго. Чтобы не увеличивать время обслуживания обычных вызовов, иногда мы сами отвозим пьяных в ближайшее отделение полиции. Или развозим по домам – если они могут назвать адрес. Качество оказания помощи горожанам при этом страдает. И это неправильно…

В Новокузнецке даже такая условная сортировка на «сильно» и «не сильно» пьяных пока что не предусмотрена.

– Большинство вызовов к пьяным пациентам – это вызовы «на улицу», то есть очень резонансные, – замечает главврач Новокузнецкой станции скорой помощи Рамиль Гайнулин. – Обычные граждане звонят на «03», возмущаются, почему мы так долго едем, когда человек умирает… Бригада прибыла – а он просто пьян. Если не буянит и может назвать свой адрес, проявляем милосердие, доставляем его домой. Если сказать, где живет, не может, везем в многопрофильный стационар того района, где его подобрали. Потому что нельзя ведь оставить его на улице, особенно зимой. Все это сильно осложняет работу медиков. Бывает, заберут неконтактного пьяного в салон, а он отойдет немного и начинает руками махать. А у нас много женщин. Недавно один такой «боец» надорвал мочку уха молодой сотруднице. Что касается ущемления прав нормальных пациентов, я только одну цифру приведу: в 2011 году по станции прошло 17 тысяч вызовов к пациентам в алкогольном опьянении, причем треть из них в медицинской помощи не нуждались вообще. На обслуживание одного вызова в среднем уходит час. Образно говоря, минимум полторы недели коллектив станции вообще не работал на город, занимался только пьяными.

 

В стационарах Кузбасса ситуация не менее сложная.

– За первый квартал текущего года через нашу больницу прошло 164 пациента, которые нуждались исключительно в отрезвлении, – уточняет главврач новокузнецкой ГКБ № 29 Игорь Раткин. – Чаще всего такие люди хамят, матерятся, лезут в драку, оправляют под себя естественные надобности… Выгнать их нельзя, в медицинской помощи они не нуждаются. Они срывают нам работу санпропускника – ведь здесь же мы принимаем обычных пациентов. У меня начали увольняться и врачи, и медсестры, не желающие работать в таких условиях. И это – при существующем дефиците кадров!..

– Медперсонал, которому приходится дополнительно убирать за такими пациентами, работает практически бесплатно, потому что в системе обязательного медицинского страхования тарифы на «вытрезвление» просто не предусмотрены, – поддерживает коллегу заведующий приемным отделением кемеровской ГКБ-3 Игорь Коваль.

Между прочим, клиенты медвытрезвителей стоимость такой услуги возмещали из собственного кармана.

Cитуация с истинными больными, попавшими в стационар в состоянии алкогольного опьянения и потребовавшими весьма затратного лечения, не менее абсурдна. В масштабах государства «воспитывать» их берется разве что Фонд социального страхования, категорически не желающий оплачивать их бюллетени. Другие меры воздействия не предусмотрены. Тогда как водителя, севшего за руль пьяным, не только лишают прав, но и заставляют оплатить штраф. Чтобы в другой раз он подумал, прежде чем поднять рюмку с водкой. И пьяных шахтеров не допускают к работе, что также бьет по их карману. А болеть спьяну можно практически даром…

Еще несколько лет назад кемеровские медики выступили с инициативой ввести обязательную плату за лечение для тех, кто попал на больничную койку подшофе. Или заставить их отрабатывать свое пребывание в стационаре. Но дальше разговоров дело не пошло.

 

МНЕНИЯ

Нужны ли вытрезвители?

Евгений АВЕРЬЯНОВ, и.о. главврача Кемеровской станции скорой помощи:

– Оглядываясь назад, понимаешь, что специальная структура, которая занималась бы гражданами в состоянии алкогольного опьянения, все-таки необходима. Она разгрузила бы систему здравоохранения. Только «рулить» там должны медики, а не полицейские. А полиция, или охрана, пусть следит за порядком.

Константин СИВОРОНОВ, зав. областным токсикологическим центром, действующим на базе кемеровской ГКБ № 3:

– Нельзя было закрывать вытрезвители, не предложив ничего взамен. Их функции нужно было цивилизованно передать в специализированные учреждения вроде нашего. Но при условии, что под это увеличили бы коечный фонд и штаты и дали бы дополнительное финансирование. Мы могли бы убрать с улицы всех пьяных. Если бы попадание в такое учреждение имело еще какой-то резонанс, как в советские времена – постановку на наркологический учет, сообщение работодателю, возможно, те, кто дорожит рабочим местом, и пили бы меньше.

Андрей ЛОПАТИН, главный нарколог Кемеровской области, главврач Кемеровского областного клинического наркологического диспансера:

– Кто-то оказывать услуги по отрезвлению граждан должен, особенно в наших климатических условиях. Но кто и в каком формате? Часто приводят в пример соседний Томск, где открыто специальное подразделение при местном наркодиспансере. Томичи решились на этот шаг под давлением обстоятельств – ведь именно у них в городе из-за издевательств в местном вытрезвителе погиб журналист. Но юридический статус их «отрезвляющего наркологического пункта» до сих пор не определен, потому что на федеральном уровне решение о том, в чьем ведомстве должны находиться подобные учреждения, не принято.

 

А как у них? 

Заползайте, пожалуйста!

США. Здесь давно действуют частные вытрезвители – «детокси» . Обычно это небольшие заведения на 20 мест. В просторных комнатах стоит по 4 кровати, холл с телевизором, библиотека. Столовая и качество ее блюд на уровне хороших кафе. Клиентов обслуживают медицинские работники, психологи, консультанты. Источники финансирования – средства муниципалитетов, Красного Креста, пожертвования частных фирм. Никто не подвергается штрафу. Лечат бесплатно. Находиться в таком вытрезвителе можно от 2 до 20 дней. Пациент сам контролирует сроки пребывания, если к тому же у него имеются сложности на работе или в семье. Можно самому позвонить из дома в «детокси», и за тобой пришлют машину.

ФИНЛЯНДИЯ:

В вытрезвителях этой страны, где продажа водки по воскресеньям запрещена, двери всегда открыты настежь. Пол с подогревом, так что можно сюда даже приползти и отлежаться в тепле. За пациентами установлено видеонаблюдение. Имеются кровати с чистым бельем, здесь можно почитать книжки или сходить опохмелиться. После отдыха можно уйти или обратиться к врачу и пройти 7-дневный курс лечения. Можно забронировать себе место на следующий раз. Для спившихся стариков, кому некуда податься, есть благоустроенные палаты с книгами, цветами, аквариумами. За них платит государство. Если пациент способен сам оплатить проживание – пожалуйста!

КИТАЙ:

Пить здесь пьют, и порою немало, но в стране нет вытрезвителей. Если и случится кому-то «перебрать», то полицейский отведет его домой. Там нет манеры пить «на троих» в кустах. Пьют в гостях под наблюдением трезвых участников попоек, поэтому на улицах Китая не увидишь лежащих «полутрупов».

Валентина АКИМОВА.

Рисунок Андрея Горшкова

 

Комментировать 0
Оставить комментарий
Как пользователь
социальной сети
Аноним
подписка на газету кузбасс
объявление в газете кузбасс
объявление в газете кузбасс
подписка на газету кузбасс