Соцсети:

Расплата.Особый случай.

21 апреля 2011 | Газета «Кузбасс»

В начале марта в Усть-Кабырзинской школе по традиции отмечают Масленицу. Учителя пекут блины, приносят фрукты, сладости и устраивают совместный пир по случаю проводов зимы. Но на этот раз праздничную суету с самого утра прервал звонок участкового милиционера директору школы Надежде Трушкиной: «Надежда Александровна, у нас в поселке ЧП… Ученик вашей школы повесился!» «Когда мы услышали фамилию, то были в шоке. Это был веселый, жизнерадостный, как его называли, «солнечный мальчик» — семиклассник Саша П-ов. Никто и подумать не мог, что он решится на такое. Но, видимо, в мальчишеском сердце, несмотря на его веселый нрав, зрело недетское горе», — рассказывали потом в школе. Блины, приготовленные учителями, вместо Масленицы были розданы на похоронах Саши. Но на этом трагедия не закончилась. Вскоре, с небольшим промежутком, в родственном клане П-вых произошли еще два самоубийства…

Ледяной дом

После звонка участкового несколько учителей бросились к дому Руслана и Натальи П-вых, родителей своего ученика. На пороге их встретил отец: «Ну, рассказывайте, что могло произойти в вашей школе, если наш сын решился на такое…» И тогда директор отвела убитого горем мужчину в сторону и спросила: «Руслан Дмитриевич, а вы забыли, сколько раз мы вызывали вашу семью на совет профилактики? И сколько раз стучались, по сути, в глухую стену?.. Ответной реакции с вашей стороны не было…»

Семья П-вых, где рос 13-летний Саша и старшая на два года Даша, считалась неблагополучной. И глава семьи Руслан, 36 лет от роду, и его жена Наталья, 33 лет, — нигде не работали. Состояли на учете в службе занятости. «Год стоим на учете, затем полгода – перерыв… В месяц от биржи труда нам платили по четыре с половиной тысячи рублей на одного человека», — рассказывает Наталья. Но и этих денег хватало на то, чтобы супруги постоянно были навеселе.

— В последние четыре года их редко можно было видеть трезвыми. Имели огромный приусадебный участок, однако обрабатывать его не желали. Не сажали ни картошку, ни морковку. Жили на пособие от службы занятости и «детские» деньги. Молодые сильные люди… А ведь когда-то у них было и домашнее хозяйство, и корова… Но запили, и всё пошло прахом. В избе вечный холод. Даже дров на зиму не смогли заготовить. Хотя прямо за огородом – лес, где можно набирать сухостой. Нередко сидели голодными, без крошки хлеба. В доме, в полном смысле слова, пахло нежилым, — рассказывает Татьяна Борисовна Митракова, социальный педагог от таштагольского центра реабилитации детей «Надежда».

Два года эта семья, жители Шорской стороны, как называют здесь окраину, находилась у неё под патронатом. Соцпедагог так упорно пыталась «достучаться» до материнских чувств Натальи П-вой, что та иной раз, встретив Татьяну Борисовну на улице, могла её и крепким словцом «приложить».

Саша был способным, спокойным и добрым мальчиком. До шестого класса учился только на пятерки и четверки, потом, как говорится, «съехал». Но тройки и двойки тут же мог исправить. Артистичный, всегда улыбающийся, он был заводилой и самым активным участником школьных и районных мероприятий. «Глядя на его улыбку до ушей, невозможно было и самому в ответ не заулыбаться», — вспоминают односельчане.

Школа была для Саши отдушиной. Он первым приходил к её открытию. Здесь мальчик всегда мог найти понимающих учителей и друзей, у которых нередко оставался ночевать, чтобы не видеть дома пьяные загулы и драки родителей. В эту зиму Саша вместе со своим другом Максимом Бондаревым подрабатывал, очищая крыши от снега. Шел на работу даже в мороз в легких спортивных штанишках. И в последнее время, постоянно простужаясь, сильно кашлял.

Кстати, учителя вспомнили и такой случай. В школу из Таштагола приехала медкомиссия, и детворе из младших классов надо было раздеться до маек и трусиков. Но Саша этого сделать не мог и расплакался. На мальчике попросту не было нижнего белья…

Страшная находка

Родителей Саши и Даши увещевали, уговаривали отказаться от спиртного. По словам учителей, в Усть-Кабырзе нередко пьют дешевый спирт, который привозят так называемые «спиртовозы». И с которого люди очень быстро спиваются. Купить «пойло» здесь можно круглосуточно и даже «в кредит» (разрешается отработать потом, к примеру, на огороде доморощенного «бизнесмена»). Однажды учителя пригрозили семейству П-вых, что лишат их родительских прав и заберут у них детей. На что Наталья заявила: «Тогда я повешусь!» В прошлом году Саньку на целый месяц забирали в таштагольский детский приют, где он наконец-то отъелся и подлечился. Но урок родителям впрок не пошел. «По-моему, им даже стало гораздо легче и вольготней, когда заботы о ребенке на время взяло на себя государство», — заметила Татьяна Митракова.

Работал Саша на очистке крыш всю прошедшую зиму. Видимо, скопил какую-то сумму. И в селе сейчас ходят упорные слухи, что родители эти его заработанные честным и нелегким трудом деньги нашли и, конечно же, пропили. Тогда-то мальчик и не выдержал. В отчаянии зашел в предбанник и повесился. Такие предположения делают и некоторые учителя. Хотя старшая сестра Даша, которая очень любила брата и в последнее время была ему и за папу, и за маму, выдвигает другую версию. В тот трагический день она, зная, что Саша вместе с двумя друзьями сбежал с последних уроков, отругала его. «Мы, конечно, ругались. Ну, как брат с сестрой, — рассказывает девочка. – Сашка из дома ушел. Я подумала, что он, как обычно, пошел к соседке тёте Тоне, которой помогает по хозяйству. И не стала беспокоиться». (У Антонины Трофимовны Савостьяновой неприкаянный мальчишка часто находил приют. Добросердечная, она Сашу подкармливала. А тот помогал одинокой пожилой женщине: сбегает за хлебом, принесёт в дом воды, подметёт пол… Даже теплые шерстяные носки под её руководством себе связал.)

Мальчика не было дома двое суток. Однако родители тревогу не забили. Страшную находку случайно, заглянув в баню, обнаружил отец. Скрюченный, в неловкой позе мальчик за двое суток в холодном предбаннике замерз так, что его, чтобы положить в гроб, пришлось отогревать. За дровами ходили в лес, через речку, потому что дома не было ни полешка. «Сволочи! Всё-таки загубили мальчишку», — ругался на брата и его жену Аркадий, родной дядя Саши. А у гроба любимого племянника Аркадий вдруг произнес: «Тёть Тонь, следующим буду я… Что-то всё мне надоело, устал я так жить». Сорокадвухлетний Аркадий, прежде охранявший заключенных в Шерегеше, недавно вышел на пенсию. И, как бывший военный, должен был получать немалые для пенсионера деньги. Но, рассказывают, у него тоже что-то не заладилось в семье. А уход из жизни смышленого и доброго племянника как будто стал для него «последней каплей»…

Глава Таштагольской администрации Владимир Макута распорядился выделить семье П-вых деньги на похороны Саши. Учителя предложили провести поминки в школе. Но поставили условие: ни капли спиртного. Родня мальчика на это не согласилась. Поминали Сашу, которому в мае должно было исполниться 14 лет, очередным обильным возлиянием.

Проклятие клана?

Две недели родители Саши беспробудно пили. Потом пришло отрезвление. Руслан засобирался в Таштагол, чтобы отметиться в службе занятости и получить направление на работу. Рассказывают, что глава Усть-Кабырзинской территории обещал ему неплохой приработок: мастерить беседки и другие деревянные «малые формы», чтобы летом украсить ими поселок. Турист-то в эти края, привлеченный в том числе и разговорами о снежном человеке, действительно пошел! К слову, деревянная скульптура йети, ставшая своеобразным символом Усть-Кабырзы, — дело рук Филиппа П-ва, ещё одного родного дяди умершего Саши. Вырезать её помогал и Руслан, отец мальчика.

Перед отъездом в службу занятости Руслан забежал к родне, взглянул на дочь, которая жила там после смерти Саши, и поспешил якобы к автобусной остановке. А на самом деле пошел домой, забрался на чердак и повесился на одной из балок… Через пять дней таким же способом свел счеты с жизнью и его старший брат Аркадий. Вся эта череда самоубийств взбудоражила жителей поселка. «Если бы был жив старший брат Яков, который всех их держал в руках, такого бы не случилось», — говорили нам усть-кабырзинцы.

Яков П-ов – известный в этих краях резчик-самородок, один из восьми братьев и сестер. Его резные панно из кедра на тему шорского быта украшают столичные и зарубежные дворцы, коттеджи и офисы. Немало своих работ он раздарил друзьям, в том числе и из Усть-Кабырзы. Выставка его самобытных произведений должна была пройти в Швейцарии, но талантливый художник внезапно погиб. Убила Якова жена: во время застолья и пьяной ссоры ткнула ножом в грудь и угодила ему прямо в сердце. После этого некогда трудолюбивый, дружный клан и стал разваливаться. Заливая водкой горе от потери заботливого Якова, а также другие неприятности. Именно эта слабость свела талантливых, с «золотыми руками» мужиков в могилу, считают в поселке.

…Даша, умница и красавица, мечтает после девятого класса поступить в колледж и получить профессию ландшафтного дизайнера. Чтобы делать жизнь вокруг более гармоничной и красивой. Однако способной девочке нужна помощь. Уходить в приют она категорически отказывается. Пока её под опеку взял педагогический коллектив. Даше в школе помогают, чем могут. Но впереди выпускницу девятого класса ждет самостоятельная жизнь. И слабовольная пьющая мама для неё не поддержка… «Дарья — умная и сильная по духу. Думаем, пережитая трагедия её не сломит», — говорят педагоги. Девочка тоже верит, что судьба в лице добрых людей будет к ней всё-таки благосклонна…

Фото Ярослава Беляева

и из школьного архива. Таштагольский район.

Комментировать 0
Оставить комментарий
Как пользователь
социальной сети
Аноним
подписка на газету кузбасс
объявление в газете кузбасс
объявление в газете кузбасс
подписка на газету кузбасс