Ступенька к счастью

19 ноября 2019 | Лариса Максименко
Одна из редких встреч Паши и Кати.

Кузбассовцы начали сбор денег, чтобы купить ступенькоход для двух влюбленных, которые не могут встретиться уже год…

Катя Серебренникова и Павел Алев живут на соседних улицах в Полысаево: она – на Крупской, на четвертом этаже, он – на Бакинской, на пятом. Из-за болезни оба не ходят. И не только расстояние, но и ступеньки в их подъездах стали непреодолимым Эверестом. Этих ступенек – 144. Но любовь, похоже, и правда «двигает» горы…

…Тогда было в разгаре лето и утро перемен, город еще спал, и Катя, подъехав на инвалидной коляске к еще темному окну с первой розовой полоской в небе, подтянулась к подоконнику, встала – и упала на сиденье назад, ударившись локтями. Ее душа, мысли, руки метались в страхе «за Панечку…» Она чувствовала: ему снова стало хуже.

– А вдруг Паня не выживет… А я так его и не увижу, что делать? – думала вслух. А потом ветер первой зари принес запахи степных трав и булочек с шоколадом с близкой пекарни. И вспомнился первый Пашин подарок – шоколадка… И его глаза, в которых она впервые прочла: влюблен. Как и она…

И что же им делать – в ужасной разлуке из-за ужасных ступенек?!

Она

С того памятного утра прошло три месяца. Катя меня ждала в ванной под шум подливаемой горячей воды (ее мама Ирина, побежав меня встретить, не успела забрать дочь из ванны). И вот мы дома почти через час. И, укутав дочь, мама несет 28-летнюю Катю к креслу. Из-под полотенца – смеющееся милое лицо.

Ее жизнь идет в четырех стенах. И она – и по характеру, и судьбе, – открытая книга.

За лето (и, значит, за год) мама смогла вынести Катю погулять на улицу лишь три раза. Они с мамой одного веса…

– Я тя-же-лая, – говорит Катя.

– А из-за чего всё началось? – садится мама, одев дочь. – Родилась с весом 1850 граммов. Но всё было хорошо. А за несколько часов до выписки из роддома внезапно посинели ротик, ручки…

Катя едва не умерла. Приступ врачи объяснили удушьем в родах: появилась Катя на свет ножками.

– Но дальше, дома, снова было всё хорошо. В два месяца Катя уже ползала! Но в четыре месяца я заметила: на ножки с поддержкой уже не встает… С тех пор сколько я ходила с ней по врачам и целителям, особенно после того, как поставили диагноз ДЦП… Но в три года она еще ходила, перебирая руками по брусьям, а потом – всё, болезнь оказалась сильнее.

Но выросла Катя веселая, умная, добрая. Ждала любви, семейного счастья. И четыре года назад ей предсказали…

– …что я встречу человека из своего же города, и мы будем особенные, не как все…

Он

И вот именно четыре года назад, зарегистрировавшись на сайте знакомств, Катя получила «Привет!» от незнакомого парня.

– Понравился. Ответила. Я потом еще долго не знала, переписываясь, что Паня – из моего Полысаево, что даже живет рядом. Думала – издалека. И мы постепенно стали друзьями, и потом скоро говорили по скайпу целыми днями… Потом я поняла: терпеть его не могу! – поворачивается Катя, весело наблюдая, дошло до меня или нет. – Да это шутка у нас. Мы говорим друг другу: «Я тебя не люблю!» А на самом деле: «Люблю! Очень!»

Так и есть. Уже вечером, когда возникла идея снести Катю вниз на руках вдвоем с ее мамой, и довезти до дома Паши, и донести ее вверх до его квартиры, мы подняли Катю в комнате и поняли: это невозможно. Разволновавшись, она не смогла крепко держаться за нас.

И я пришла к Паше одна.

– Потише ты, с галопом… – шутит его мама Надежда.

И 36-летний Паша (из-за болезни не ходит, может лишь ползать) резко садится на ковре. И тут же спрашивает весело, как там его звезда – это насчет Катиного интервью. И так же отвечает на мой вопрос, любят ли они с Катей друг друга:

– Нет… Ну, мы так с ней всегда говорим, а на самом деле любим. Очень!

У Паши – своя трагическая история. И такая же сильная душа, как у Кати.

– Он, может, один на миллион такой, – говорит его мама, поясняя: рос здоровым, но в первом классе такой непредсказуемой оказалась реакция на прививку, иммунитет не сработал. – Тогда же как было в школе: всех – в очередь и всем подряд прививку ставят. А, может, у него температура была… Первое, что я заметила потом, в конце года, – он стал писать плохо, руки стали слабые. А когда во второй класс пошел, я из окна увидела: идет и ножку тянет. После второго – вижу: дети играют во дворе, Паша с ними, и ножку уже рукой придерживает… А мы уже ходили с ним по врачам год, и нам отвечали: «Ничего нет». И вот в третьем классе выпросили направление в Кемерово. Я сына привезла в больницу, он еще сам шел. А забирала – он уже перестал ходить навсегда, торсионная мышечная дистония… А когда Паша с Катей познакомился и влюбился, он так и сказал: «Мама, я, кажется, влюбился…»

– У меня был в голове идеал женский, характер женский. Катя такая и есть…

Их любовь по скайпу укрепилась первым свиданием лишь в конце 2017-го. Пашу тогда привезли к Кате его школьные друзья. И, вместе встретив Новый 2018-й год, Катя с Пашей сняли квартиру в подъезде, где живет мама Кати. И прожили в ней до ноября 2018-го счастливо.

– А потом Паше стало резко хуже, и я его забрала, – говорит мама Паши. – Он стал задыхаться. Доползет до дивана – уже устал. Ложку до рта еще не донес – устал…

– И так мы с Катей уже не виделись год… Я по ступенькам не забегаю, – объясняет мне с горечью Паша. – Ну, и Катя тоже…

…Но вернемся к еще недавнему лету, к одному важному утру, когда город еще спал, а Катины душа, мысли, руки метались в страхе «за Панечку».

«Что же делать?» – думала Катя, вспоминая слова Паши по скайпу накануне: «Неужто мы никогда не увидимся?» А потом Катя села за компьютер… и ей пришла идея!

Художница

История про Катю и Пашу не имела бы продолжения, и ничего с их будущей встречей не складывалось бы, если бы снаряды ударили ниже…

26 июля 2014 года на Украине был очередной обстрел Луганска со стороны ВСУ. Напомним, тогда был год начала гражданской войны, когда шахтерский Донбасс заявил о праве на русский язык, историю, жизнь. И известное видео в сети «Наш двор» (после обстрела 26 июля – пробоины в балконах и стенах, трупы на дворе) было сделано одним из блогеров во дворе известной украинской художницы Татьяны Ктитаревой. Та на инвалидной коляске – с молодости. Но никогда не сдавалась. И уже давно ее, выпускницу школы художеств в Мстере (Россия), считают основоположницей украинской лаковой миниатюрной живописи по дереву. Она Заслуженный мастер народного творчества Украины, народный мастер Луганщины, член народного клуба мастеров декоративно-прикладного и изобразительного искусства «Левша», художник-реставратор икон. И жила Татьяна на втором этаже. И когда пришли обстрелы, она была уже совсем одна, уже умер ее муж…

– А когда началась эвакуация из Луганска, и люди уезжали автобусами, мне (с двумя колясками, уличной и комнатной. – Авт.) помог уехать тогда под Воронеж (на родину Татьяны. – Авт.) товарищ… И там я прожила вдали от моего Луганска год и три месяца. И вернулась… Город был мертвым: ни воды, ни света, – рассказала Татьяна.

В ее доме есть лифт, но он и раньше не всегда работал… И руководство ЛНР подарило художнице ступенькоход. (У нее – мастерская напротив, ученики. Она пишет и дома. Недавно, например, иллюстрировала детскую книгу «Не бросай в беде». Ее работы были на многих международных выставках и есть в коллекциях по всему миру. Даже у Путина.) И тот ступенькоход Татьяну очень выручал.

Но в конце этого лета она задумалась о том, чтобы перебраться на первый этаж, дала объявление о продаже ступенькохода за полцены – за 140 тысяч рублей. Ей не хватало как раз двух тысяч долларов для смены жилья.

Знаменитая художница Татьяна Ктитарева стала Кате подругой и примером.

И то объявление Татьяны из Донбасса прочла Катя из Кузбасса, когда было в разгаре лето и утро перемен, и город еще спал. И Катю за компьютером осенило: выход – ступенькоход! Спецустройство к коляске, которое помогает подниматься, спускаться в домах без лифтов. Однажды она видела такое в интернете…

«Мне очень хочется Катечке помочь», – написала художница, узнав о жизни в четырех стенах и о мечте Кати с Пашей о встрече. Но художница живет одна, и ей нужен переезд. А у Кати денег на ступенькоход нет (и в семье нет, у нее лишь мама – рабочая на шахте и сестра-студентка). А у Паши мама вообще на пенсии, отец же давно умер.

Но идея о ступенькоходе дала Кате крылья… И она написала подруге в Томск. И та придумала: объявила народный сбор – на ступенькоход для Кати…

Сейчас Катя особенно верит во встречу с Пашей. И он мечтает: «Вот бы на Новый год…» И далекая художница, уже ставшая Кате старшей подругой и примером, часто говорит ей:

«Важно мечтать, верить и знать: выход есть всегда!».

И пусть помогут влюбленным добрые люди и господь бог…

 

О главном

Операция «Новый год»

Ступенькоход для Кати Серебренниковой стоит 140 тысяч рублей. Если вы хотите помочь купить его, реквизиты Кати: счет на «Яндекс.Деньги» – 410012426725058, карта Сбербанка – 6390 0226 9020 8582 74. Подруга Кати – Марина Белова, открыв группу помощи Катюше https://vk.com/club185095119, регулярно отчитывается о поступлениях. Пока собрано немного. Но всем миром мы – сможем.

Другие статьи на эту тему

10 декабря

В кузбасском городе после ремонта открылся бассейн

После масштабного капитального ремонта в Полысаеве открылся городской бассейн. Этот водный объект — одно из…

09 декабря

Нагадала Рыцаря на Рождество

Предсказание сбылось: девушка встретила суженого, и он уже не раз спас ей жизнь!

05 декабря

В Полысаеве появится первый в городе обелиск

В 2020 году наша страна будет праздновать 75-летие Победы в Великой Отечественной войне. По решению…

Комментировать 0
Оставить комментарий
Как пользователь
социальной сети