Лес родословных дерев

21 января 2015 | Ольга Штраус

В первом наборе кемеровской «Школы генеалогов-любителей» состоялось последнее занятие. В ближайшее время тут пройдет очередной набор тех, кто хочет профессионально изучать свою родословную.

Уроки в школе закончились, руководитель – научный сотрудник СО РАН историк Игорь Усков — подвел итоги пройденного курса… Но расставаться слушатели не собираются: при Кемеровской областной научной библиотеке, где и действует эта школа, из ее выпускников планируют сформировать клуб генеалогов.

— Генеалогические общества в том или ином виде давно уже есть почти в каждом регионе, — говорит сотрудник библиотеки Вера Лаврушкина. — Только у нас почему-то был пробел в этом плане. А ведь интерес людей к своему прошлому, к своей родословной огромен: это доказывают и обращения читателей в отдел краеведения…

Сейчас силами энтузиастов этот пробел в Кузбассе будет восполнен. Я не оговорилась: именно в Кузбассе, а не только в Кемерове, ведь в «Школу генеалогов-любителей» записались не только кемеровчане. Галина Александровна Полякова, например, ездит сюда (каждую субботу!) из деревни Барановки.
Она, в прошлом библиотекарь, очень заинтересована в создании музея истории села. Свою родословную знает «до прадеда», который, кстати, был практически ровесником Барановки. Только родился он не здесь – корни семьи Поляковой уходят на Урал, в Коми-Пермяцкий округ.

Понятно, что среди слушателей – люди в основном зрелого возраста. Наверное, когда уходит «возраст суеты», наступает время подумать о вечном. В том числе – и о цепочке предков, чьими усилиями тебе была дана жизнь, наружность, характер…
Слушательница школы 67-летняя Татьяна Ивановна Ткаченко хорошо запомнила тот день, что подтолкнул ее к занятиям генеалогией: «Была у сестры в гостях, разговорились о родне, я заметила, что даже девичью фамилию бабушки не знаю! А у сестры нашлось ее свидетельство о рождении…»

Врач-рентгенолог Александр Викторович Чаплыгин хочет выстроить свое родовое древо для сына – в подарок к его 25-летию. На мое провокативное замечание: «А зачем? Ну что из того, что парень будет знать, как звали всех его пра-пра-пра… Ведь ни подробностей биографии, ни каких-то любопытных случаев из их жизни родовое древо не содержит?» — Чаплыгин отвечает сдержанно: «Путь так. Зато если бы у каждого из нас такое древо было, знаете, какие интересные переплетения корней в этом «лесу» можно было бы обнаружить!»
Это правда.

Игорь Юрьевич Усков, давно профессионально изучающий историю кемеровских родов и фамилий, однажды обнаружил, что один из его соучеников – его 11-юродный брат! У них общая бабушка в девятом колене.

Надо сказать, предметные занятия своей родословной вообще приносят удивительные результаты. Григорий Михайлович Полушкин, например, разыскивая в архивах данные о погибшем на фронте дяде (брате отца), вдруг обнаружил… похоронку на своего папу! Оказывается, после одного из жестоких боев его признали погибшим, так и провели по всем документам, хорошо хоть похоронку в семью не успели отправить! Отец вернулся с фронта живым. Кстати, род свой Полушкины ведут от стрельцов Ивана Грозного, и Григорий Михайлович даже дипломное изыскание одного казанского студента нашел, где много любопытного про их село Богородское в Татарстане (оттуда старшие Полуш-
кины перебрались в свое время в Сибирь).

А Валерий Васильевич Гугнин, который утверждает, что род его фамилия ведет от Яицкого атамана Гугни, упомянутого еще Пушкиным в «Истории Пугачева», приводит и вовсе удивительные сведения! В своем архиве Валерий Васильевич уже собрал данные на 179 родственников деда по отцу и на 125 человек – дедова брата. Среди них есть один Герой Советского Союза и один Герой Социалистического Труда…

Биолог КемГУ Александр Мишакин таких сюрпризов в своей родословной пока не обнаружил. Хотя вспоминает, что крошечным малышом («говорят, мне два года было») видел своих прапрадеда и прапрабабку (им было 105 и 98 соответственно). «Я у этой бабушки, родня рассказывала, конфеты из-под подушки таскал…» Александр размышляет: «Вы когда-нибудь генеалогическое древо рода Лермонтовых видели? Огромное, с удивительными ответвлениями, в том числе и в Шотландию… И вот любопытно: такой гигантский массив самых разных людей должен был скрестить свои клетки, чтобы появился один гений! Может, и в нашем древе таковой имеется, только мы о нем не знаем? Или еще появится когда-нибудь…»
Кстати, тема переплетения родовых ветвей очень интригует многих выпускников Кемеровской школы генеалогов.

Надежда Михайловна Саламатова почти ничего не знает о своих предках, кроме того, что в войну ее мать ребенком была на оккупированной территории. «Она родом из Белгородской области, и тема родни в семье долгое время была под запретом». Но сейчас, когда Надежда Михайловна бывает в «родовых местах», ей все кажется, что встречает на улицах людей, похожих на своих близких: может, и впрямь родня?
А Ирина Владимировна Тимошенко, наоборот, родственников имеет очень много и в самых разных городах страны. «Раньше мы все так любили собираться, ездили друг к другу по любому поводу… Сейчас жизнь разводит. Молодые вырастают, женятся, заводят новую родню – и теряются связи. Многие уже и не знают, кто кому кем доводится. А не хотелось бы эти связи терять! Я, может, потому и пришла сюда, чтобы хоть реестр на всех наших составить: кто кому кем доводится, кто у кого где есть».

Между прочим, кажущееся простым занятие «историей семьи» на самом деле – трудоемкий процесс, сопряженный с овладением массой специальных навыков. Например, чтобы прочитать записи в «Дозорной книге» (так назывались учетные документы ХVIII века) или церковных метриках, надо уметь разбирать старинную азбуку, ориентироваться в реалиях истории, в практической экономике тех лет…
Выпускники единодушно признают: главное, что дала им «Школа генеалогов-любителей», — направления поиска, основы источниковедения. И пошаговые инструкции в архивной работе.

Евгения Колмагорова, одна из самых молодых учащихся школы, признает: «Результат, который я здесь получила, вполне себя оправдал. Теперь я знаю, с чего начну поиски. Всегда ведь хотела знать свои корни, но терялась, боялась подступиться… А еще меня очень укрепила в моем увлечении мысль, которую нам постоянно втолковывал Игорь Юрьевич: оказывается, это, казалось бы, сугубо частное дело нужно не только мне. Но и стране тоже! Изучение истории семьи помогает настоящим, большим историкам в их изысканиях. Проникаешься важностью задачи».

Ольга ШТРАУС.

Комментировать 0
Оставить комментарий
Как пользователь
социальной сети